Однажды в Лопушках

А то и говорить ничего не станет.

И я не стану.

Но ночью схожу к Ведьминой пади, есть у меня один заговор, на кровь. А кровью мы еще когда обменялись.

– И он тоже рядом был… держал за руку, все повторял, мол, как получилось так, что я была неосторожна, что оступилась, упала с лестницы… голова у меня закружилась. С беременными такое бывает. Но он не сердится. Ничуть. Он даже готов жениться. Хоть завтра.

– А ты…

– Я ж не дура. Я… кажется, именно тогда я и увидела его, настоящего. И поняла, что меня ждет, что он будет пить силы, пока не выпьет все досуха.

– И ты ушла.

– Сбежала. Сюда, – Ксюха поднялась. – Вы только… папеньке не говорите. А то ведь расстроится.

– Папеньке не скажем, – пообещала Линка.

И мы переглянулись.

Сами справимся.

– А вот тетушку я попрошу, чтобы глянула, – я погладила теплую Ксюхину руку. – Тот доктор… он ведь мог и ошибиться. А если даже и нет, то ты же знаешь… у нас тут все иначе. И что там не поправят, здесь сделают.

Ксюха поджала губы.

И не стала отрицать, что вовсе о тех сказанных словах не думала. Думала. И гадала. И мучила себя.

– Она умеет молчать, – добавила я. – Поверь.

Если не нам, то кому?

Глава 11 В которой повествуется о том, как сложно бывает мужчинам понять женщин

…и тогда создали Боги женщину. Зверек получился злобный, но на редкость забавный.

    Альтернативный взгляд на религию

Николай Николаев думал о ведьме.

О той ведьме, которая вновь заглянула, став невольным свидетелем скандала.

Если вообще подумает.

Потом предложение это, за которое он уцепился, порадовавшись, что таким вот образом привяжет ведьму к лагерю. Что она будет приходить, готовить, а Николай станет за ней приглядывать.

Издали.

И все будет если не как раньше, то всяко похоже. Правда, судя по тому, как полыхнули яростью ведьмины глаза, предложение вовсе не пришлось ей по вкусу.

Но он извинится.

Потом.

Когда-нибудь, когда наберется духу подойти и…

– А вы заняты? – раздалось над самым ухом. – Правда, есть в этом что-то донельзя романтичное…

Верещагина Ольга Ивановна опустилась на одеяло и прижалась узким плечиком, что заставило опытного некроманта и надежду отечественной науки слегка занервничать. Он, признаться, рядом с женщинами всегда-то чувствовал себя не слишком уверенно.

А уж с подобными женщинами и подавно.

Ольга Ивановна была хороша.