Невеста

…о побеге и тени, заступившей путь, о ноже, который я стащила с кухни. И о захлестывающей, лишающей разума ненависти.

Сколько раз я ударила?

…о крови на собственных руках и во снах тоже, об игре в прятки на крышах домов.

…о дороге, такой бесконечной, – я уже и не верю, что когда-нибудь дойду.

Только надо быть реалистом.

– Хочу свой дом, пусть маленький, но такой, куда я могла бы возвращаться. Кровать хочу и чтобы непременно с постельным бельем.

– Лен. Шелк – скользкий.

Не знаю, шелковое белье нам было не по карману, но поверю на слово.

– И ванна… и еще чтобы знать, что хлеб будет завтра, послезавтра… ну и не только хлеб.

– Мясо, – согласился Оден. – Перепелки в меду. Пироги. Черемша. Лось языка… язык лося.

В ближайшей перспективе нас ждет сушеный ворон с гарниром из мучных орехов, которые уже начали подсыхать, но о перепелках и прочих радостях жизни я помечтать готова.

– Мой род… сильный. Из Великих. Много денег. Земли. Я дам тебе дом. Райгрэ, – сказал Оден, ткнув себя пальцем в грудь, словно помимо него были еще кандидатуры.

Райгрэ… старший рода. Вожак. И если так, то он действительно способен дать и землю, и дом, и защиту.

– Нам все равно по пути. – На ту сторону одна дорога, но почему-то мне не хотелось давать обещаний. – Давай-ка тобой займемся?

Травы, вода и немного силы, которая меняет изначальные свойства. Я закрываю глаза, пытаясь сплести тончайшую сеть, это как кружево, только сложнее. С кружевом у меня никогда не выходило, и тут оно рвется, получается тяжелым, кривоватым, но какое уж есть.

В конце концов я альва лишь наполовину.

Глава 7. Охота

Крайт все-таки был хорош.

Он поставил якорь именно там, где наметил: в полулиге от городка. И контуры для сети создал прочные, пусть и несколько иной формы, нежели принято.

– Меньше энергии уйдет. Тут ребра жесткости так поставлены, что он сам себя поддерживает. – Крайт потер лицо, которое выглядело уже почти нормально. А рука по-прежнему на перевязи…

Бестолочь.

Виттар отбросил лишние мысли. Привычно осыпалась шелуха эмоций, а тело наполнялось знакомой силой: рудная жила легко откликнулась на зов. Тяжелели руки. Неподъемной становилась голова. И сам мир вокруг выворачивался наизнанку. Глухо, медленно стучало сердце земли, и оставалось лишь направить энергию в рукава.

Одна за другой разворачивались промоины порталов. Чужие переходы отзывались болезненным дрожанием пространственных струн, но Виттар гасил откаты.