Ловец бабочек. Мотыльки

– Совсем ничего?

– И совсем никогда, – он едва не поставил уродливое чернильное пятно. Благо, работа в похоронном бюро требовала немалой сдержанности, вот и пригодилось.

– Какая печаль, – Себастьян ему не поверил. И поставив на конторку монету ребром, подтолкнул ее к Герберту. Толстый злотень, нарядный и новый, сияющий, покатился, крутанулся и…

…исчез в Себастьяновой ладони.

– Все ж подумайте, – взгляд гостя сделался печален. – Хорошенько подумайте…

– О чем?

– Обо всем… о жизни вот… мы передумаем… уйдем… вы ведь не единственная похоронная контора в городе…

– Уходите, – Герберт решительно отер тряпицей перо.

– И вызвать вас на допрос? – девица вытащила бляху. – Возможно, в Особый отдел…

Она говорила тихо, но…

…матушка взирала на Герберта с печалью: сколько раз говорила она ему, не связываться с личностями подозрительного свойства. И вот, пожалуйста… сам не связался, так они заявились… и как ему быть?

– Я ни в чем не виноват! – он поднял договор без особой надежды, что этот листок бумаги защитит его.

– Верю, – девица криво усмехнулась, аккурат как его первая жена перед тем, как заявить, что она-де на развод подает. – И думаю, в Особом отделе вам тоже поверят… вы ведь на хорошем счету… честный торговец, но… в нынешней ситуации недостаточно быть просто честным… вы ведь не хотите, чтобы вашу лицензию на торговлю с королевством просто-напросто отозвали…

Герберт замотал головой.

Не хотел.

Если эту лицензию отзовут, то… то ему только и останется – пыльная контора, искусственные лилии и надежда, что когда-нибудь где-нибудь вспыхнет эпидемия, которая и спасет его от разорения.

– Чего вы хотите? – устало спросил Герберт, уже смирившись с тем, что неудачно начавшийся день столь же неудачно и завершится.

– Правду, друг мой, – Себастьян ткнул в договор. – Ну и гробы…

– Князь, вы…

– Да, дорогая Катарина, я все еще намерен прикупить гробов…

– Для друзей, да, – хмыкнула Катарина.

– И для родственников… полагаю, жена моего брата оценит, она на редкость деловая женщина, а ваши гробы давно уж снискали себе славу… но вы не отвлекайтесь, господин Понятковский… так кто и когда вам предлагал… сомнительное предприятие?

И Понятковский вздохнул.

В конце концов столько времени прошло. И сомнительно, чтобы тот человек еще был в городе… и вообще, он честный гражданин…

– Пять лет тому… да, – лысоватый господин в строгом костюме, который сидел почти хорошо, раскрыл вечный календарь.