Лунное дитя

Вы можете записаться на встречу, и она поговорит с вами в любой другой день.

Эми перегнулась через стойку и жестко сказала:

– Нет, так не пойдет. Мне нужно встретиться с ней прямо сейчас. – С каждым словом ее голос становился все тверже. Это напугало Ники. Она и не знала, что Эми может разговаривать таким тоном.

Женщины переглянулись между собой. Что-то в их взглядах заставило Ники задуматься: не вызовут ли они службу охраны? Вместо этого одна из них взяла телефон и что-то тихо проговорила миссис Марцетти.

– У миссис Марцетти есть немного свободного времени. Она ждет вас. – Она указала в сторону коридора и, когда Ники встала, чтобы последовать за ней, сказала: – Побудь здесь, дорогая. Это тебя не касается.

Эми жестом показала, чтобы Ники подошла к ней.

– Ее это касается в первую очередь. Она пойдет со мной.

Теперь, когда рядом с ней была Эми, кабинет миссис Марцетти казался совсем другим. Эми представилась как назначенный судом специальный адвокат Ники.

– Я нахожусь здесь, потому что права моей подопечной были нарушены.

– И каким же образом? – нахмурившись, спросила миссис Марцетти. Женщина сомкнула кончики пальцев.

– Я считаю, что ученики, находящиеся на вашем попечении, имеют право на безопасную среду, и когда их обвиняют в каком-либо проступке, они имеют право выступить в свою защиту. Ники лишили обоих этих прав. Я считаю эту ситуацию особенно возмутительной, поскольку Ники приемный ребенок и ей и так многое пришлось пережить.

«Особенно возмутительной».

Ники очень понравилось это выражение. Она запомнила его на будущее.

Миссис Марцетти изложила ей версию событий со слов других девочек. Свою речь она закончила, снова сказав, что в школе категорически не приемлют хулиганства.

– Применять насилие недопустимо, а издевательства над учениками будут караться со всей строгостью.

– Очень рада это слышать, – парировала Эми, – потому что над Ники издевались. Эти девочки лгут.

– Они пострадали.

– Вероятно, они сами нанесли себе эти травмы.

– И они подтверждают слова друг друга.

– А чего вы еще ожидали? Я не знаю этих девушек, но я знаю Ники. Ники – не лгунья. Я верю ее версии событий. На нее напали и ей угрожали.

– Мы можем разглагольствовать до бесконечности, – сказала миссис Марцетти. – Я уже приняла решение и подготовила все документы. Все остается в силе.

Любой другой мог отступить или попросить заместителя директора передумать. Но только не Эми.