Лунное дитя

Они отпрянули, Ники протиснулась сквозь толпу и вышла в безопасный школьный коридор.

На следующем уроке Ники твердо решила больше не ходить в туалет во время учебы. Еще она решила больше никогда не разговаривать с Джейсом. Она даже здороваться с ним не будет. Ей казалось, что худшее уже позади, но на следующее утро ее вызвали в кабинет заместителя директора и сказали, что ее отстраняют от занятий за драку. Она попыталась объяснить, что произошло, но миссис Марцетти не стала ее слушать. Она обращалась с Ники так, словно это она была во всем виновата.

– Не знаю, как было принято в других школах, в которых вы учились, но в нашей школе хулиганство неприемлемо, – сказала она, поправляя очки на переносице. – Категорически.

– Это они начали. Они поймали меня в туалете и приставили к моему горлу ножницы, – сказала Ники. – Они мне угрожали и говорили, что убьют меня.

Миссис Марцетти продолжала говорить, не обратив на Ники никакого внимания. Пожилая женщина сердито сообщила ей, что у одной из девочек на ноге синяк размером с теннисный мяч, а у другой – порез на щеке.

– Вы могли серьезно их ранить! – возмущенно сказала она.

– Я ничего им не делала. Это они напали на меня. Они мне угрожали, они говорили, что убьют меня.

Слова Ники повисли в воздухе: миссис Марцетти ничего не ответила. Она велела ей забрать свои вещи из шкафчика и дожидаться приемных родителей у выхода из школы. Им сообщат о произошедшем.

Стараясь сдержать слезы и чувство отчаяния, Ники вышла из кабинета.

Это просто катастрофа. Ей придется сидеть возле входа весь день. Ее приемные родители работают полный рабочий день и не смогут приехать за ней до конца смены. А уж когда они приедут, по головке ее точно не погладят. Они даже могут попросить, чтобы ее отдали в другую семью.

Ники со слезами подошла к своему шкафчику, достала телефон и позвонила Эми.

Едва она произнесла «отстраняют от занятий», Эми сказала:

– Ники, стой на своем. Я сейчас приеду.

Час спустя Эми вихрем ворвалась в школу.

Преисполненная благодарностью, Ники начала рассказывать ей, что произошло. Когда она закончила свой рассказ, Эми была в ярости.

Пылая праведным гневом, Эми подошла к двум сотрудницам, молча работающим за компьютером за высокой стойкой.

– Прошу прощения, – сказала она, нарушая тишину. – Мне нужно немедленно встретиться с миссис Марцетти.

Женщины забормотали какие-то нелепые отговорки:

– Миссис Марцетти сейчас занята.