Цунами неумолимой страсти

И мне наплевать, если тебе это не нравится. Если ты оставишь меня в покое, обещаю сделать то же самое.

Дэни включила указатель поворота и съехала на дорогу, ведущую к ранчо Салливанов. Она занервничала, оказавшись на их земле. Им принадлежали многие мили самой богатой земли в этой части Техаса. Это напомнило ей о том, что больше всего разделяло их с Коулом, – его сказочно богатая семья принадлежала к местной элите, а она была девушкой из самой обычной семьи. Его мать однажды откровенно сказала ей, что она не слишком хороша для ее сына.

Дэни смолчала, думая, что любовь все победит и они, в конце концов, примут ее. Но этого не случилось. Коул порвал с ней спустя шесть месяцев, и воспоминание о словах его матери заставило ее быстро покинуть Ройяль.

Подъехав к воротам, она достала ключи и нажала на квадратную серебряную кнопку. Коул не изменил код, и ворота раскрылись. Дэни сочла это хорошим знаком. Когда она подъехала к дому, солнце уже садилось. Она припарковала машину у главного входа, поправила прическу и подкрасила губы.

Нужно было идти, пока она не струсила. Она поднялась по ступеням крыльца и нажала на кнопку звонка. Дверь отворилась, и на пороге появился Коул.

Она выдавила из себя улыбку, чувствуя, что все ее репетиции в машине были напрасны. Она не была готова снова оказаться в обществе Коула Салливана с его мускулистыми плечами, широкой грудью и густыми каштановыми волосами. Она не была готова к взгляду этих голубых глаз и выражению шока на лице. Как может быть смятение настолько сексуально привлекательным?

– Ну и ну.

Это же Дэни Мур. Я слышал, что ты вернулась в город, – сказал он насмешливым тоном, что тут же взбесило ее.

Конечно, он уже знал о ее возвращении. Глупо было думать, что ему не сообщат об этом. Коул переступил порог, и Дэни инстинктивно сделала шаг назад.

Ее неудержимо влекло к нему. Ее тело хотело только одного – прижаться к нему и поцеловать его. Но умом она понимала, что это идиотская идея, и приготовилась к защите.

– Да.

Я вернулась.

– Прошло шесть лет, и ты вдруг объявляешься на моем пороге?

Он покачал головой и рассмеялся.

Дэни не видела в этом ничего смешного.

– Черт, да, шесть лет, и я у тебя на пороге. Я боялась, что, если позвоню тебе, ты забаррикадируешь все въезды и входы на ранчо.

Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить биение своего сердца. Она сможет сделать это. Даже если при виде него она была готова вопреки здравому смыслу броситься ему в объятия.