Король гоблинов

Иногда так просто забыть, что, несмотря на окружавших меня любимых людей, в каком-то роде я всегда останусь иной, не такой, как они. Тяжело постоянно напоминать себе, что некоторые из тех, кто мне небезразличен, не умеют воспринимать окружающую действительность подобным мне образом и никогда не смогут испытать эмоции, посочувствовать, выразить заботу. Как бы ни старались. Еще хуже было понимать, что гоблины, темные альвы и другие существа Пермафроста абсолютно не беспокоились о моих переживаниях и спокойно пытались свести меня с ума.

Хель неблагая, да Лидиану удалось это сделать даже с того света.

Мир вечной зимы мог быть по-своему прекрасным, а населявшие его создания обладали грацией хищников, но эта красота в первую очередь являлась жестокой, немилосердной, а неправильные слова неправильному собеседнику вполне могли стать причиной мгновенной смерти. Никаких вторых шансов, никакого прощения. Сурово, жестко, бесчеловечно.

– Но всеведение, – медленно произнесла я, выныривая из невеселых размышлений, – вполне в состоянии… Ну, знаешь…

– Свести с ума? – подсказал Доннар.

 – Такой исход вполне вероятен. Что и произошло. Хотя, без сомнения, Лидиан был нестабилен еще до моего дара.

– Почему ты мне показываешь это воспоминание? – поинтересовалась я. – Как оно поможет мне разобраться с причиной появления призрака Лидиана и кошмаров о конце света?

– Пожалуй, тебе следует спросить у него самой, – посоветовал Доннар.

– Спросить у Лидиана? – поразилась я.

– Ты же обладаешь силами оленя, так что способна взаимодействовать с другими мирами.

 – Темный альв заметил хмурое выражение моего лица и удивленно приподнял брови. – Только не говори, что ты не знаешь, как это сделать.

– Нет. – Я сжала кулаки, стараясь не показывать крайней степени раздражения.

– Спроси Лидиана, – повторил Доннар. – Я проклял его грузом всеведения. Подобный дар свел бы с ума даже самых сильных гоблинов. Провидцы до самой смерти неспособны связно говорить о том, что узрели.

К счастью, твой враг уже погиб. Но это не отменяет его знания всего и обо всем, которое будет терзать его вечно. Однако теперь Лидиан сумеет внятно объяснить тебе грядущие события. Спроси его, и сможешь понять ответ.

С этими словами мир снова закружился, и я оказалась в тронном зале. Голова кружилась, руки тряслись. Несколько секунд сил хватало только на то, чтобы смотреть в одну точку. Не получалось даже думать, что уж говорить о возможности пошевелиться.