Анабелла и проклятье невесты императора

А так же на столе появились фрукты, на которые девчонки смотрели с какой-то завистью, а я, не раздумывая, взяла одно яблоко и спрятала в карман.

Вергилий прибыл ближе к обеду. Большая красивая карета, запряженная четверкой вороных, остановилась во дворе нашего института. Мы с девочками в этот момент как раз прогуливались по саду, делая безразличный вид, как нас учили.

Из кареты вышел мужчина, он был вполне хорош собой, высокий, не слишком худой, но и не толстый, правильные черты лица и волосы цвета воронова крыла, собранные в тугой хвост.

– А с каких это пор у вас чернокнижники правят? – удивилась я.

– Чего? – не сразу поняла Ника, – он человек.

– Вот мне ты можешь не говорить, ты его волосы видела? Ему вообще сколько лет? Тридцать пять – сорок? – начинала злиться я.

– Двадцать шесть ему, и он не чернокнижник.

– Ага, а его жены просто так вдруг падают. Да по любому их в жертву в обряд какой обещал, и вот время приходит, и их забирают!

– Белла, ты чего такое говоришь-то? И вообще откуда такая уверенность в том, что он маг?

– Так я же ведьма и такие вещи издалека чую! И как он выглядеть должен, и силу я тоже чую!

Ника посмотрел на меня удивленным глазами, а я поняла, что сейчас потеряю свою единственную почти подругу, и просто заставила забыть ее последние несколько минут нашей беседы.

Видимо, чтоб поразить знатного гостя, перед обедом нам еще танцы втиснули. И вот значит мы танцуем, меж девушек ходит император и, кажется, принюхивается. Проходя мимо меня, он вдруг взваливает меня на плечо и говорит.

– Вот ты и попалась, – но так, чтоб это слышала только я.

Он пересекает зал, не смотря на мое сопротивление, подходит к директрисе и показывает меня.

– Я сделал выбор, эта девушка поедет со мной, предупредите ее родителей!

Один из сопровождающих Вергилия кидает Катрине мешочек, судя по всему с деньгами, и мы покидаем помещение. Девчонки смотрят мне вслед, кто-то с завистью, кто-то с сожалением, а кто-то нескрываемым превосходством, видимо думая, что правитель выбрал ту, которую не жалко будет. В общем участь моя, по их мнению, была предрешена, но не по моему.