Лондон Блю

Дейну понадобились все остатки мужества, чтобы пережить это. У него опять поднялась температура. Голода он не чувствовал, поэтому ограничился несколькими глотками воды, оставив нетронутыми разноцветные упаковки с трубочками.

Единственным спасением Дейна был сон.

3

Около шести часов вечера Даниэла пришла, чтобы сменить повязки. Уже знакомый санитар приподнял Дейна за плечи, помогая ему сесть. Убедившись, что падать пациент не собирается, он принялся распаковывать стерильный перевязочный материал.

Дани привычно считала данные с мониторов и приблизилась к Дейну. Он сидел, опираясь на левую руку, и следил за девушкой со странным выражением в синих глазах. Сердце Дани забилось чаще. Она понимала, что внешность – всего лишь красивая картинка, которая ничего не говорит о том, каков человек на самом деле, но, похоже, сейчас и этого было достаточно. Зачем ей его внутренний мир, когда он сидит перед ней практически обнаженный с тонкой простыней на бедрах? Гипс и многочисленные повязки ничуть не мешали Дани наслаждаться видом его поразительно тренированного тела.

– Как самочувствие? – сдержанно спросила она, пытаясь отвлечься от неуместных мыслей.

– Соответственно ситуации, – в тон ей ответил Дейн.

– Я вижу, что намного лучше.

Дейн насмешливо фыркнул. Пожалуй, с «намного» она преувеличила, но не слишком, если он способен сидеть и отпускать ядовитые комментарии.

– Если тебе вдруг интересно, результаты рентгена уже пришли, – бодро объявила Дани. – Смещения костей нет.

– Кажется, это хорошая новость.

Все еще мрачен, но, по крайней мере, не закрывается от общения. Дани незаметно улыбнулась.

– Обнадеживающая, – согласилась она.

– А плохая новость тоже есть?

– Да, – с легкой печалью ответила Дани. Во взгляде Дейна промелькнула тревога.

Дани натянула перчатки и, приблизившись к Дейну, начала снимать фиксирующую повязку с его грудной клетки. Действие это получилось неожиданно интимным, учитывая, что никакой одежды пациентам реанимации не полагалось. Чтобы обхватить торс Дейна, Дани пришлось придвинуться вплотную, так что он мог ощутить мягкость ее груди, касающейся его плеча, и еле уловимый запах шампуня.