Охота на тень

Так что едва ей поступило предложение выйти на службу в участок, Бритт-Мари без промедления ответила согласием, невзирая на протесты мамы, которая считала, что выходить на работу до того, как ребенку исполнится три года, – совершенно недопустимо.

Бритт-Мари выключила радио, подошла к Эрику и приложила ладонь к его лбу.

Уж не поднялась ли у него температура?

С тех пор как у мамы нашли рак, Бритт-Мари стала чересчур много думать о болезнях. И эта тревога лишь возрастала сообразно переменам в её жизни – знакомству с Бьёрном, замужеству, материнству.

Теперь слишком многое было поставлено на карту, слишком многое могло в любой миг пойти прахом.

– Ты что-то сказала? – сонно промямлил Бьёрн.

– Я спросила, справитесь ли вы?

– Конечно, – отозвался Бьёрн, не отрываясь от газеты. – Она вот-вот придёт.

Она – это Май, его мать.

Она должна будет присматривать за Эриком, пока Бритт-Мари на работе. Май сама предложила забирать Эрика на день к себе, и конечно, в её таунхаусе ему будет гораздо лучше – ведь там гораздо просторнее и есть собственный сад.

Помощь Май – вынужденная мера в ожидании места в детском саду, в этом были согласны оба – и Бьёрн, и Бритт-Мари. Альтернативой для неё было стать домохозяйкой, но сама мысль о таком исходе заставляла её нервно поёжиться.

Пот капал со лба и капли сбегали вниз, между грудей – не только из-за жары, но и потому, что Бритт-Мари пришлось пробежаться, чтобы успеть вовремя. К тому же, она нервничала из-за температуры у Эрика.

В то же время, во всем теле ощущалось радостное щекотание в предвкушении нового жизненного этапа.

Наконец-то Бритт-Мари сможет начать работать.

– Добро пожаловать, – произнесла женщина в приёмной, которая представилась, как Сив. У неё была такая широкая улыбка, что заметно было, как сверкают золотые коронки на верхней челюсти. – На прошлой неделе мы разговаривали по телефону. Отдел по расследованию насильственных преступлений, верно?

– Верно, – согласилась Бритт-Мари, выпрямляя спину и в очередной раз наказывая себе не сутулиться.

Было время, когда Бритт-Мари стеснялась своего стасемидесятисантиметрового роста, заставлявшего её чувствовать себя неуклюжей и неженственной. Но на полицейской службе высокий рост давал свои преимущества: все думают, что ты сильная, и даже если на самом деле это не так, правонарушителям это внушает почтение.

До той степени, до какой в наше время мужчина ещё мог испытывать почтение к женщине.