Охота на тень

Бьёрн снова приподнял одну бровь, и Бритт-Мари, к собственному удивлению, поняла, что уже вполне по-свойски воспринимает эту его привычку.

– Зато я знаю, – выпалил он.

Она не успела ничего ответить, как он снова заговорил:

– Поехали со мной завтра купаться на озеро Тунашён. Будет жарко.

Она заколебалась.

– Даже не знаю.

– Ты завтра работаешь?

– Нет, но…

На самом деле она хотела сказать, что они ещё совершенно не знают друг друга, но, встретив его сияющий взгляд, растерялась.

– Встречаемся здесь в десять, – скомандовал Бьёрн, указывая на парковку возле автомастерской, где в ожидании ремонта или обслуживания выстроились шеренги автомобилей.

По пути домой Бритт-Мари думала о Бьёрне. О его мускулистых ногах и дочерна загорелых руках. О его волосах, растрёпанных, как мочало – так сказала бы мама, – и о лукавом взгляде его глаз из-под приподнятых бровей.

Воздух к вечеру стал прохладнее, но несмотря на это, кожа Бритт-Мари пылала. Она решила, что, должно быть, обгорела на солнце.

Бьёрн кого-то ей напоминал, только кого?

Проезжая мимо раскрытого окна, она услышала хорошо знакомый мотив, и сразу всё поняла.

Бьёрн Скифс.[5 - Шведский певец, автор песен, актёр и сценарист, род. в 1947 г.]

Он выглядел точь-в-точь, как Бьёрн Скифс.

Они лежали на одеяле на берегу озера Тунашён.

Сегодня общение складывалось более гладко. Ручеёк беседы плавно вился, словно эти двое были знакомы уже давно. Словно позади осталось уже много часов таких разговоров, и они были уже достаточно близки, чтобы заслужить доверие друг друга, несмотря на то, что на пляже провели не более часа.

У кромки воды резвились несколько ребятишек, а на лугу, который раскинулся между пляжем и лесом, отдыхающие расстелили разноцветные пледы и разложили еду для пикника.

Бритт-Мари была рада, что взяла бутерброды, потому что всё, что прихватил с собой Бьёрн, это пиво.

– Держи, – сказала она, протягивая Бьёрну аккуратно завёрнутые в пергаментную бумагу бутерброды с колбасой.

– Вот спасибо, – обрадовался он, и в ответ протянул ей ещё бутылочку пива.

Он продолжал свой рассказ:

– Потом я вернулся обратно в подвал маминого таунхауса, где, собственно, мне живется совсем неплохо.