Колдовской замок. Часть V. Интермеццо, интермеццо

Надо ли говорить, что чай был просто огненным! Громила, не переставая вопить, запрыгал, как бык на родео, (извини Бык, но это действительно было так), пока не завалился навзничь, опрокинув на себя с полки целую гору разнообразной китайской посуды! Увидев это, тот, кто держал речь о не уплаченных вовремя деньгах, схватился за внутренний карман, но не успел вытащить оружие, так-как ему в переносицу врезался чайник, тоже полный горячего чая! Вопли и скачки повторились с той разницей, что лечь этому бандиту помог я сам, подбив его под коленки и приложив хорошенечко лбом об пол!

Оставшиеся на ногах трое погромщиков увидели, что сталось с их товарищами, бросили свою разрушительную деятельность и двинулись на меня с битами в руках, но тут им в лицо глянули стволы моего дробовика! Вид двух этих туннелей, таящих смерть в своих тёмных глубинах, остановил двух, что были поумнее, но третий замахнулся на меня бейсбольной битой, явно намереваясь снести мне голову!

Что мне оставалось делать? Только пожать плечами, опустить двустволку и нажать на спуск… Моя малышка ахнула, как и подобает крупному калибру! Все присутствующие зажали уши, кроме того в кого я целился! Да, ему было не до ушей! Левая нога этого идиота отлетела, словно срезанная гигантской бритвой пониже колена, и он присоединился к своим коллегам, валяющимся на полу.

"Кто бы вы ни были, забирайте эту падаль и вон отсюда! И передайте тем, кто вас послал – отныне это место находится под защитой Гранаты-Фигольчика!"

– Здорово! Фигушка, какой ты храбрый! – восхищённо затараторила Мегги.

– Так что же, Фиг? Вы взяли это заведение под своё покровительство и осуществляли по отношению к нему классический рэкет? – поинтересовался профессор Прыск.

– Нет, – улыбнулся Фиг, – когда я выпроводил громил из чайной Ли Сунь Ханя и извлёк его плачущую и перепуганную внучку из под обломков мебели, то хозяин долго благодарил меня и кланялся, а в конце поинтересовался, сколько он мне должен? Но я не взял с него ничего! Я был благороден, великодушен и…

– Неразумен! – договорил за него Драгис.

– Возможно, но тогда совесть не позволила мне взять с бедняги что-либо, он ведь и так потерпел убытки! Мы сошлись на том, что я могу в любое время приходить в эту чайную и пить там чай бесплатно.

– Помню, – сказал Бык, – ты водил нас туда пару раз.