Дао подорожника

Она останавливалась у каждого прилавка-развала, вытаскивала одну за другой всякие безделушки, веселилась как ребёнок. Но покупать ничего не позволяла. Вскоре Чесс и сам понял, что ей достаточно лишь увидеть вещь, покрутить в руках, как очередное подтверждение своей загадочной картины мироздания – и можно идти дальше.

И только когда она выудила из очередной разноцветной груды коричневое индейское платье, расшитое бисером и маленькими зеркальцами, и долго не отходила он него, теребя какие-то завязочки, встряхивая подол – он вытащил бумажник и заплатил не торгуясь.

Импровизированная примерочная из двух кусков белого полиэтилена на минуту превратилась в театр теней, но он почему-то не сомневался, что сегодня она уже не снимет это платье. Солнечные зайчики бежали за ними до самого автовокзала.

В автобусе они болтали – о жизни вообще и о том, что пролетало за окном. Она рассказала, что в России осенняя листва совсем другого цвета, более равномерная смесь жёлтого и красного. А здесь октябрьский лес очень контрастный, и главное, в нём есть вся палитра.

Особенно её восхищали фиолетовые деревья.

Он в ответ заявил, что хочет выучить названия цветов на русском, и она стала называть их, показывая на пролетающих мимо деревьях. Деревьев было много, Чесс путал слова, и они со смехом начинали всё сначала. Потом Натали сказала, что можно запоминать по порядку в цветовой гамме, где «каждый охотник желает знать, где сидит фазан». Это было ещё трудней и ещё смешней, Чесс запомнил только фазана, потому что фиолетовые деревья радовали Натали больше всего, и показывая за окно, она неизменно выделяла их голосом: «Каждый… охотник… охотник… желает… каждый… желает… желает… фазан!»

Через час она уснула у него на плече, а он продолжал отрешённо глядеть в окно, точно в калейдоскоп.

Где-то на задворках сознания копошилась мысль о том, что надо бы достать ноутбук и заняться фильтром. Но в конце концов он решил, что достаточно повозился сегодня, проколов как будто нет, можно и отдохнуть.

Да и вообще, с чего он так подсел на эту работу… «Почему ты видишь только плохое?» За всё время, что они были вместе, Натали говорила ему эти слова раз сто. Но только сегодня он осознал, что так оно и есть. Он слишком увлёкся борьбой с электронным мусором, а ведь начинал-то с противоположного! Его программа-секретарь собирала полезное, а не охотилась за вредным.

Вот Мэттью и Джон – другое дело. Они давно помешаны на спаме.