Мелодия любви. О чудиках, проснувшейся нежности и кухонном детекторе лжи

 – Не слышишь, что там происходит? Бессердечная стала?

– Да при чем здесь мое сердце? – Катерина отчаянно затрясла головой. – Если бы можно было, сейчас же вскочила и побежала к малютке. Но нельзя, понимаешь.

– Почему?

– Потому что я чужая. Малышей чужим старухам в руки давать в таком возрасте опасно.

– С чего это?

– Можно сглазить. Так что мне туда соваться со своей помощью категорически нельзя.

– Хватит глупости говорить! – Иван вскочил с кровати и стал торопливо одеваться. – За стеной ребенок почти умирает, а бессердечная женщина лежит в теплой постели и рассуждает.

– Ты куда собираешься? – насторожилась Катерина.

– Туда!

– Куда туда?

– Скоро узнаешь.

Иван торопливо вышел из квартиры.

Катерина напряглась, предчувствуя недоброе.

Мужа не было минут пять, затем вернулся, вошел в комнату и строго объявил:

– Бабуля, твой выход!

– Какой выход?

– Я их уговорил!

– Кого их?

– Молодых соседей. Точнее, мужа соседки. Он тоже сначала, как баба, начал плести о том, что чужим показывать нельзя, то да се.

Катерина, не до конца веря в происходящее, быстро встала с кровати, оделась и почти бегом поспешила на плач младенца.

Первое, что увидела в соседней квартире, – измученные отчаянием лица молодых родителей. Супруги недоверчиво смотрели на нее.

– Ничего, ничего, хорошие мои, все будет хорошо, – забормотала Катерина и потянулась к младенцу, который метался на постели, отчаянно дрыгая ножками и ручками.

Малыш еще пару раз вскрикнул и вдруг замолчал.

– Врачей вызывали? – строго спросила Катерина.

Родители испуганно закивали головами.

– Врач велел температуру сбивать слабым раствором уксуса, – произнесла молодая мама. – Мы сбиваем, а он все равно кричит. Сразу четыре зуба у него режутся.

– Бывает, – почему-то уже весело сказала Катерина.

– До утра? – В глазах молодого отца мелькнуло подозрение.

– Ага. И вы пока сами присядьте на диванчик, отдохните. А то лица на вас нет.

Родители послушались, присели на диван, стоявший за спиной Катерины, и, наслаждаясь тишиной, стали смотреть на незнакомую бабушку, как на чудо, спустившееся с небес.

А Катерина все нашептывала ребеночку что-то на ухо, похлопывая легонечко его по спинке.