Камертон

Феонин еще раз огляделся, повнимательнее, но снова ничего подозрительного не заметил. Он пожал плечами.

– Даже если просканировать помещение всеми видами излучений, ничего здесь не найдут. Поэтому не стоит упрекать тебя в тупости, – Анета погрузила руку в ровную зеленую траву, которая росла на стене.

– Тайник в стене?

– Смотри внимательно.

Девушка закрыла глаза и на несколько секунд застыла. Феонин почувствовал, как пространство вокруг начало ритмично вибрировать. Из травы появились две длинные тонкие лианы, они обвились вокруг руки девушки; на их кончиках раскрывались бутоны пульсирующих светящихся цветочков, в которых ютились похожие на светлячков насекомые.

Они взлетели вверх, остановились напротив Анетиных глаз, считывая ее намерения несколько секунд. Освещение помещения вдруг погасло.

– Как красиво… – пролепетал Феонин, наблюдая как из флуоресцентной синей травы начали «выползать» на поверхность маленькие розовые цветочки.

– Неоновый лес из песни Игги Попа. Придем в каюту. Закинемся камертоном и послушаем эту песню? – сказала Анета, с возбуждением наблюдая за метаморфозами Фауна.

– Вы прячете снадобье в цветах? Значит, корабль является вашим сообщником? Чудеса…

– Фавн в деле. Он или скорее оно, а может и она… Короче, он подсел на эту штуку. Ест ее каждый час, так что если бы мы задержались неожиданно на какой-нибудь планете надолго, то рискнули долететь до пункта назначения без товара. Он как орешки щелкает этот камертон, – девушка наклонила бутон цветочка, и пара капель какой-то жидкости упала ей на ладонь и словно ртуть застыли.

 – По пять капель каждому хватит. Она прикоснулась к светящемуся живому ковру и снова закрыла глаза. Через несколько секунд, свет загорелся и все только что произошедшие события стали казаться обрывком сновидения.

У Феонина закружилась голова, когда они начали подниматься наверх. Он шел за Анетой на автопилоте, не вникая в ее непрекращающийся словесный поток, резкая головная боль поразила его. Приступ мигрени длился недолго, но этих небольших порций боли хватило его нервной системе чтобы «перегореть».

Ему захотелось прилечь на диван и отключится.

– Я же рикала тобе! Нужно было тебе секать меня в каюте. Ты дойдешь вообще?

– Нй-ен-ситим се добре. Мне уже лучше. – Феонин смутно ощущал, как девушка практически тащит его на себе, словно пьяного в стельку. Хорошо, что коридор был не очень длинным.

– Идем, не оборачиваясь, делая вид, что не замечаем ее, – прошептала Анета.