Расколотый Трон

И позаботься об «Императрице». Команде разрешено спуститься на берег. Пусть парни отдохнут после перехода.

– Будет исполнено! – Моран ударил сжатым кулаком в открытую ладонь в жесте почтения.

– Но вести себя пристойно!

– Ваше высочество… – он укоризненно посмотрел на принца.

– Пусть хотя бы попытаются – вздохнул Тар, прекрасно зная буйный нрав соленых клинков. Лицо его посерьезнело. – Доступ в нижний трюм запрещен под страхом смерти! Стражу не снимать! Ты лично отвечаешь за сохранность груза. И не забывай его кормить, – уже тише добавил принц, склонившись к самому уху Морана.

– Повиновение империи! – вновь ударил кулаком в открытую ладонь верный служака.

Получив приказ, Моран развел бурную деятельность. Не успел Одноглаз толком освоится на месте возницы, как повозку окружило шесть соленых клинков, присланных капитаном «Императрицы».

– А-а-а, и наш любитель выпить здесь! – обрадовался Гварт, узнав среди прочих соленых клинков Родерика. – Рыбки тебя все же не сожрали? Ну, это временно, – «обрадовал» он удачливого впередсмотрящего, вздрогнувшего от воспоминаний о недавнем купании.

Окруженная солеными клинками повозка медленно двинулась по улицам города.

Со времен Первой Империи все города Арвона строились по одному типовому проекту. Кто-то из острословов древности метко заметил, что имперский город – это тот же военный лагерь легиона, только больше. Но портовый Ульнст был редким исключением из этого правила. Его кривые улочки представляли собой целый лабиринт и вводили в ступор и ужас любого чужака, привычного к похожим как однояйцовые близнецы городам империи, с расположенными по всем канонам Гармонии кварталами и улицами.

Припортовый район Ульнста слыл одним из самых опасных мест в империи. В кривых, полутемных переулках, с нависающими над ними домами обитали самые страшные из хищников – люди. Это было настоящее царство местечковых банд, нищих, контрабандистов, воров, портовых шлюх, беспризорных детей и прочей сомнительной публики. Поэтому только очень глупый чужак рискнет свернуть с широкой, главной улицы, идущей вдоль канала Торговцев.

Но вот остался позади порт, с его шумом и вонью, и ворота внутреннего города, отделенного от портового района невысокой, но вполне представительной крепостной стеной. Миновав торговую площадь перед зданием городского магистрата, свита первого принца углубилась в Золотой район, облюбованный богатыми купцами и представителями немногочисленной знати. Кривые улочки сменились широким бульваром.