Мэйсон

Он, с тупорылой улыбочкой на круглом личике, вылизанном всякими кремушками и лишенном мужественности, смотрит на меня зелеными глазками, контрастирующими с белыми жиденькими волосиками. Кивает, быстро и как-то манерно. Достает из узких джинсов пачку красных. Протягивает мне одну. Потом зажигалку на вытянутой руке, типа, я подкурю.

– Парень, дай сюда эту хрень. Я и сам в состоянии чиркнуть и затянуться. Можешь так не волноваться. – говорю я, искоса смотря на это лицо, которое меня раздражает и которое мне как раз поэтому и нравится! Чем более мерзкий оператор бегает за мной во время чемпионата, тем лучше! Дело в том, что таким образом появляется энергия, столь необходимая для конферансье.

Затягиваюсь. Выдыхаю. После, молча махнув рукой, зову за собой. Спустя минуту закидываю две монетки в кофемат. Тот последовательно выплевывает две чашки и наполняет их до краев. Делаю затяжку, выдыхаю. Делаю глоток. Приятно обжигает. А в следующий миг – кайф! Вязкий, как слюна на подбородке, когда ты рубанулся за рабочим компом и повесил голову.

– Ладно, Джимми, идём! Надо рассказывать о традиционном открытии последнего тура боев, соответственно, демонстрировать это и дальше; потом перейдем к бою Хирурга и… – вижу, насколько сильно он напрягся от волнения и предвкушения того, что раньше остальных узнаёт, кто составит пару первому конкурсанту. – …Узнаешь кого! – смеюсь. – Об этом знают только сотрудники арены, никто кроме! Ни единый оператор! – смеюсь, докуриваю, бросаю окурок под ногу, давлю и поворачиваю стопу, размазывая по бетону.

Двумя большими глотками допиваю кофе из стаканчика, выкидываю в урну. Джимми повторяет за мной, и мы буквально бежим на арену. Там останавливаемся на самом выходе, оператор закидывает камеру на плечо. Тупо лыбится мне. Думаю: «Как же ты меня бесишь, белёсый! Как же ты меня раздражаешь! Твоя рожа, волосики, манеры и все остальное!», при этом натягивая улыбку на лицо. Причём Джимми свято полагает, что мне все нравится! А единственное, что мне нравится, – то, как меня подрывает от ненависти к этому пареньку! И с мыслями о ненависти, заряженный, я толкаю тяжелые створки двери, чтобы выйти на огромного размера арену.

– И-и-и, дамы и господа! С вами снова я и мой оператор Джимми! Прекрасный парень! Очень талантливый! – произношу я сквозь зубы. – И сейчас мы должны провести церемонию открытия! В чем она заключается?!

Вокруг арены, на высоте пяти метров, творится безумие.