Палач

И никто меня не осудит за эти слова!

Внезапно губы Игоря растянулись в улыбке, жуткой и ледяной на чуть посиневшем лице. Стас еле сдержал испуганный возглас. Чёртово воображение! Когда же закончится этот день?! Когда можно будет стереть в памяти прошедшие события? Если бы заорал, точно приняли бы за сумасшедшего! Или заподозрили бы что-то. Местная газета запестрела бы заголовками «Убийца раскаялся на похоронах жертвы», «Сын-душегуб всё же оплакивает отца». Весь город трещал бы месяц без умолку. Фантазии Стаса рисовали картины: отца засыпают землёй, а его заковывают в наручники под презренные взгляды толпы и слёзы матери.

Да, мать определённо будет рыдать, будет не в себе. Жалко её и Лёльку. Стаса закидают камнями и линчуют на месте, а матери и сестре с этим жить.

Довольно! Баста! Освободи голову от ахинеи. Что ты выдумываешь? Последствия бессонной ночи. Мозг не соображает. Когда закончится этот день? Парень готов рухнуть здесь же, как подкошенный. Можно больше никогда не вставать? Оставьте меня здесь.

Если сейчас ударить себя по щекам, жест вызовет подозрение?

От мыслей Стаса спасли гулкие удары. Провожающие кидали горсть земли в могилу. Оказывается, гроб опустили. Екатерина легонько подтолкнула сына к земле. Парень понял намёк, набрал в руку сырой глины и посмотрел вниз, в могилу на закрытый гроб. Гори в аду, пронеслось в голове. Земля из руки парня с гулом ударилась о дерево гроба. Всё! Больше ты нас никогда не обидишь, не потревожишь. Я забуду, что убил тебя. Никто об этом не узнает.

Вообще, ты сам упал в подвал. Даже если меня кто-то видел выходящим из гаража, я спишу твою смерть на несчастный случай. Пьяный упал вниз и сломал шею. Бывает. Если можно было бы плюнуть тебе в могилу, я с удовольствием сделал бы это.

Могильщики оформили холм. Лёльку увели домой Катины коллеги, сама она вместе со Стасом и Мариной дожидалась, когда сдадут работу. Пакет с выпивкой и едой для организаторов похорон был приготовлен.

– Вот и всё, Кать, – прошептала Марина, когда они остались втроём.

 – Начни жить заново. У тебя всё впереди!

– Поминки, потом начну, – также тихо ответила Екатерина. – Пора.

Поминания заняли несколько часов, которые по большей частью пришлись на помыв посуды.

Стас засыпал с мыслью, что кошмар закончился. Отца больше нет, похороны прошли, полицейские напишут отчёты и дело закроют. Волнение уходило. К томуже сказывались несколько рюмок водки. Одну выпил за общим столом, несколько других тайком от матери и гостей.