Ошибка

], заслуженно величающее швейцарскую некоммерческую организацию, предоставляющую людям в невыносимом состоянии здоровья возможность закончить жизнь ассистируемым самоубийством.

– А… извините. Я вспомнил не то. Просто… не спрашивайте меня, пожалуйста. Я не знаю ответа.

– С Вами всё хорошо? Может, Вы плохо себя чувствуете?

– Ах да, да, но, знаете, ничего серьёзного – просто погода сегодня такая.

Это стоило огромных усилий. Но он смог, он собрался, он сказал, и, когда от него отстали, развеялся снова. Как обычно, в голове звучали какие-то диалоги, совершенно не к месту…

И зачем он только вошёл сюда? Пора собраться.

Срочно. Неужели и без того не хватало этого ежедневного спектакля; какой смысл напоследок позориться?..

…проклятый будильник.

С твёрдой решимостью уйти сейчас же, он оказался сидящим на следующей паре.

Ох, эта монотонность всегда заставляла его закатывать глаза. Тянется, как сыр в макаронах… оп, кажется, появилась какая-то новая интонация. Так, собраться. Есть контакт.

Что у нас тут?..

Ясно. Взгляд направлен на него. Ему снова задали вопрос.

– Не могли бы Вы, пожалуйста, повторить вопрос? Я хотел просто уточнить некоторые детали, чтобы ответить правильно.

– Кхм… Уточнять там, собственно, нечего – я спросила, что такое i-мутация.

– А, хорошо. I-мутация. I-мутация это-о…

Внезапно он устал. Ему даже не захотелось передвигать язык.

– А вообще, если честно, мне абсолютно похер.

Он поднялся и покинул университет.

Выйдя на воздух, он вздохнул с облегчением.

Осознанность на время вернулась; и это утреннее ощущение безнаказанности – будильника будто и не было.

Солнце то выходило, то заходило за облака; порывами дул весенний ветер, и прошлогодние листья порхали в воздухе. Необъяснимая лёгкость несла его по улице, словно медленное течение по реке. С лица не сходила блаженная улыбка; тела не ощущалось – только самый верх головы. Он еле сдерживался, чтобы не начать смеяться.

Изредка проходящие мимо люди казались просто декорациями.

С кучей всего лишнего, искусственного, бессмысленного, ненужного. Но какая ему уже разница.

Он лежал на холодной земле, только-только начавшей покрываться свежей тонкой травой. Сверху ослепительно светило солнце, пронизывая лучами воздух и делая его нереальным. Листья летали в потоках ветра столбами.

Так холодно со спины и такое тепло льётся сверху. Он осуществил свою давнюю мечту – просто лежал без движения, не думая, полностью расслабив всё тело.