Точная Копия

Роб пролетел через сотни отелей по всему миру и провел больше времени в коридорах гостиниц, аэропортов, роскошных офисов и галерей искусств, чем у себя дома. Его соседка больше знала о приходящем изредка почтальоне, чем о Роберте.

Выходя из номера он остановился, осмотрел номер и вышел. Только в коридоре он отчетливо вспомнил, что утром приоткрывал окно, а сейчас оно было закрыто. «Ветер» просквозило в его голове.

Очередь в такси с остальными похожими точными копиями Роберта. Накрахмаленные рубашки, костюмы, запонки, галстуки отличались лишь брендами и стоимостью, как и такси, что забирали в магическом дежавю следующего пассажира.

Роб показал адрес, водитель кивнул, и через пол часа Парижских пробок он стоял в полной готовности у здания банка. Того самого банка, чьего представителя нашли с передозировкой в гостиничном номере. Позже, полиция скажет, что следы порезов на руках и ссадины на запястьях говорили о насильственной смерти загадочного банкира.

Роб посмотрел налево и направо. Улица у банка жила мирной спокойной жизнью, никаких пробок, никаких громких звуков, никаких протестующих.

Париж обладает островками тишины, где в самый шумный день можно было найти время для чашечки кофе и книги.

Входная дверь в банк, который не работал с обычными клиентами, разделяла мир бедных и богатых. С виду обычный банк управлял портфелем инвестиций, которому могли позавидовать и даже завидовали многие.

«Месье Блумберг?»

«Это я.»

«Пройдемте.»

Секретарь показала на дверь в большой, просто огромный конференцзал.

Роб вошел. Пустой, светлый, куча разбросанных папок и оставленные записки предыдущей встречи. Больше никого. Без приглашения и совещаний секретарь принесла кофе, сливки и два кубика сахара аккуратно обернутых в обертку с логотипом Банка Курсоль. Да, да, и гостиница и банк были частью одной всеобъемлющей международной сети.

«Спасибо.»

«Если нужен будет еще сахар, на столике.» показала секретарь и ушла.

Прошло десять минут, потом еще пол часа, и только когда затянувшаяся встреча так и не началась через час, а кофе поменяли три раза, открылась дверь.

Роб был готов отказаться от кофе, ведь столько мочегонного пить не стоило.

Но это была не секретарь. Это был сам глава Парижского офиса банка – месье Жак Акоста, небольшого роста, лысоватый, корсиканские корни выдавали его внутреннюю энергию, но сегодня он был не в настроении.

«Месье Блумберг, я полагаю. Жак Акоста. Зовите меня Жак. Спасибо, что приехали по срочной просьбе.