Замуж за первого встречного!"

– Так ты можешь ее и поесть! – продолжила Милана в своем любимом тоне. – Все ведь за счёт Евы! Вот кто зарабатывает огромные деньги!

– Прям огромные??? – еле сдерживал смех Никита. – То- то я смотрю банкет прямо для королевы! И омары! И чёрная икра! И ещё куча всякой экзотики!

– В отличие от некоторых, она может себе это позволить!

– Да куда ж мне до нее. Я и простой пицце рад!

– Вот и ешь пока дают бесплатно! – нос у этой особы был настолько задран, что наверное сравнился бы с Останкинской башней.

– С удовольствием! – улыбнулся Никита. – Ведь мне в отличие от тебя можно это спокойно делать! И не думать о фигуре! – и он очень медленно осмотрел Милану сверху вниз, покачав головой, чтобы она разозлилась сильнее. – А ты вон капустку жуй! Может на пользу пойдет не только талии… – и он засмеялся.

– И откуда только берутся такие неандертальцы бестактные! – и она встала из- за стола.

– Зайка, тебе прямо показать откуда?? – и он продолжил свой смех.

Милана швырнула салфетку на стол и, забрав свою сумочку со стула, быстрым шагом куда- то ушла.

– Фух! – радостно воскликнул Никита. – Наконец- то можно спокойно отдохнуть! – и стал изучать девушек, сидящих справа и слева от себя. – Теперь вечер обещает быть веселым и возможно очень горячим позже.

И вот наступил тот самый момент, когда все гости стали дарить по очереди подарки Еве и поздравлять ее с днем рождения. Но никто не поздравил их с Адамом с бракосочетанием. Все, кроме конечно же Никиты…

Свет! Камера! Никита!

– Дорогие мои, Адам и Ева! – широко улыбнулся он, стараясь не засмеяться над его уже любимым сочетанием слов.

Внуки будут райские! Часть 8.

И тут появился официант, который нес огромное, искусственное дерево с яблоками.

– Адам и Ева! – торжественное произнес Никита. – Ваше собственное древо! – и он прикоснулся к одному из яблок, кстати, само дерево было ростом с дарителя. – Пусть оно напоминает вам, что искушений в вашей семейной жизни будет очень много. Но вам всего лишь надо не поддаваться. Ухаживать за каждым листочком, но не прикасаться к красивым, наливным яблокам.

– Ну и балабол! – вдруг услышал он знакомый, женский шепоток.