Волки ночью воют

– Сюда! – Рагнар с Принцем прыгнули за какой-то старый контейнер, спрятавшись и осторожно осматриваясь по сторонам. Впереди виднелись ангары. Большие, железные, впору какому-нибудь джету, а то и двум. Рядом с одним из ангаров стоял солдат Света, юный, с прыщами на лице, он тыкал пальцем по телефону, улыбаясь с чего-то. Позади, машина остановилась и на дорогу высадилась группа солдат. Уже посолиднее и повзрослее, с винтовками на плече. Пару минут и те увидят Рагнара с Принцем.

Они переглянулись, понимая, что нужно уходить.

Рагнар махнул на открытую дверь первого ангара, который был к ним ближе всего. Принц кивнул, подняв три пальца и начинал их загибать.

Два. Приготовились. Принц сжал ноутбук покрепче.

Один. Рванули вперед.

Рагнар одним движением затащил юного солдата внутрь ангара, показав ему знак молчать, предусмотрительно, забрав у того пистолет. Парень сдавленно пискнул, но кивнул. Принц закрыл за ними дверь и забрав у Рагнара оружие, направил его на солдата, прижав того в угол.

Немного расслабившись, Рагнар наконец оглянулся и чуть не открыл рот от удивления. Десятки стеллажей, заполненные какими-то контейнерами и прикрытые брезентом большие ящики. Он предполагал, что внутри стоят самолеты или автомобили, но никак не ожидал, что это просто огромный склад лабораторных принадлежностей. Каждый контейнер был пронумерован и… словно как-то странно светился.

Рагнар сделал шаг вперед и щелкнул замком на крышке, та приподнялась, подняв белый дым.

Он перестал дышать, чувствуя, что находится на пороге перед дверью с ответами, за которой виднелся свет.

И осознание окутало его, словно в этом белом испаряющемся дыме были слова, быстро впитывающиеся в кожу.

– Что это? – произнес Принц.

Двое Теней, удивленные и застывшие под властью содержимого контейнера, на миг потеряли бдительность.

Рагнар потом долго будет винить в этом себя.

Солдат дернулся и успел выбежать на улицу, крикнув о помощи.

Теней заметили. И оглушили сокровенную тишину звуки выстрелов.

***

Со стен на меня смотрели лица. Они всегда были грустными. Некоторые даже плакали. Мне так хотелось сказать им, что все хорошо, что им не стоит грустить. Но я все никак не мог до них дотянуться, уж слишком высоко они забрались. Тогда я обратился за помощью к свету и он, своими теплыми лучами, приласкал их, заговорил с ними от моего имени.

Полагаю, они услышали, но оставались грустными.