Улей. Книга 3

Эта ниша уготована мне, знающему всю внутреннюю специфику Улья, обладающему огромным опытом, перенятому от его создателя.

Чтобы перемещающийся остров с пчелками и трутнями продолжил успешно функционировать и приносить прибыль, Верховному Совету нужен я. Возможно, это единственная причина, по которой мне позволили пройти испытание и вернуться.

Главы Корпорации уверены, что пока я здесь, они смогут контролировать меня. И тем не менее хозяин на острове я, и им придется с этим считаться.

До прибытия матери, у меня есть немного времени, чтобы побеседовать с Марией, но я почему-то медлю, намеренно растягивая расстояние от королевского лофта до тринадцатого уровня.

Неторопливо бреду по коридору, направляясь к пятой соте, где ранее обитала самая неуправляемая из всех пчелок, что повидал Улей. Диана Демори, Каталея Гейден, Нина Даль, Снежная дева, Немезида, несостоявшаяся королева, моя жена, скоропалительно признанная Советом погибшей.

Я не стал никого разубеждать, хотя мог бы подкинуть пару-тройку доводов, но это не в моих интересах.

И не в ее, где бы она не находилась.

До пятой соты остаются считанные шаги…

Понятия не имею, с чего начать разговор с женщиной, которую видел в последний раз восемнадцать лет назад. Мне тогда было вдвое меньше, чем сейчас. Период времени со смерти Ноя и суда над матерью до появления в доме Уильяма Демори второй жены отпечатался в моей памяти смутным пятном. Грязным и серым. А потом все стало еще хуже.

Мария. Робкая, юная, приторно милая, с копной белокурых волос, фарфоровой прозрачной кожей, сияющими серебристыми глазами и ангельской улыбкой.

Она так сильно старалась найти со мной общий контакт, а я отчаянно, по-черному ненавидел ее. Сначала особенно сильно. Потом по инерции. Потому что не мог и не хотел иначе.

Я был максимально озлоблен на весь мир, и на Уильяма Демори – в частности. После вынесенного матери приговора, он взял на себя обязанности опекуна, предварительно заручившись согласием моих родственников. Неудивительно, что появление Марии в доме, где я вынужден был находиться до совершеннолетия, вызывало во мне исключительно отрицательные эмоции.

Я считал ее источником всех своих бед и несчастий и прибывал в полной уверенности, что за внешностью ангела скрывается расчетливая вероломная стерва.

Для меня не существовало альтернативных версий. Я четко понимал одно: Уильям лишил меня матери и брата, чтобы жениться на очередной выгодной партии. С моей стороны было бы предательством считать иначе.