Похититель душ 2

Внутренний взор пестрит неприглядными, отвратительными картинками, каждая из которых рвет мое сердце на кусочки.

Я вижу покинутые города, некогда прекрасного Элиоса. Разрушенные дома и целые поселения, сгоревшие дотла. Сломанные игрушки, оставленные в опустевших дворах. Влюбленную парочку, убитую во время прогулки и случайно попавшую под перекрестный огонь. Пальцы мужчины и девушки переплетены, но я не нахожу в себе сил, чтобы взглянуть на их лица – они слишком сильно напоминают мне родителей. Повсюду кровь, разруха, не прекращаемый Хаос, и ледяной смех Саха… внутри каждого жителя Элиоса.

Делаю поворот на сто восемьдесят, и слышу, как смех Саха становится громче. Кончики пальцев рук и ног немеют от холода, несмотря на то, что я ментально стою посреди горящих высоким и яростным пламенем руин разрушенных храмов. Босые ноги обжигает раскаленный пепел, когда я делаю шаг вперед – к нему, к тому, кого ненавижу всем сердцем, и тому, кого никогда не видела. Его мощная фигура облачена в красное одеяние, капюшон полностью скрывает лицо.

– Иди ко мне, огненная рия. Служи мне, и я пощажу твой народ.

Новая вспышка ноющей боли, и мое сознание возвращается в реальность. Я задыхаюсь, хватая воздух жадными глотками. Великий Ори, когда это закончится? Лучше бы я не была жрицей, и давно бы умерла от боли.

Но я не могу умереть. Смертные девушки не выносят и месяца в плену у Миноры.

В этом мире ты бессмертна, Иса. Пока я не решу иначе…

Единственный, кто может отнять у меня жизнь и даровать покой, исчез с лица Элиоса.

Я не сомневаюсь в том, что Кэлон жив… не физически, конечно. Вне всяких сомнений, его темная, бесплотная сущность, наверняка летает по льдам Креона. Сгусток энергии, обладающий памятью, вечный дух. Но это уже не Кэлон. Не мой Кэлон… из плоти и крови. И я не понимаю, черт возьми, почему в минуты безысходности и отчаяния, я вспоминаю о нем, а не о Нуриэле, от которого стоит ждать помощи.

Кэлон не вернётся.

Или…?

Считай дни до моего возвращения, Иса.

– Хватит! Перестань! Я не хочу этого видеть, – рычу я, обдавая Минору максимально снисходительным взглядом, на который сейчас способна.

В ответ, жрица лишь расплывается в сладкой улыбке, раздвигая полные, алые губы.

– Ты знаешь, как прекратить свои мучения, Иса. И могла бы давно сделать это, – Минора наклоняется ко мне, и опускает голос до шепота, больше напоминающего шипение ядовитой кобры. – Отдай мне свою силу, рия. Отдай добровольно. И обретешь покой.

– Я никогда. Тебе. Ничего.