Офсайд 3

 – Если тебе хочется читать нотации, то я тебя не задерживаю.

– Я звонила Лайзе, – выдыхаю я. Мик ведет себя странно. Равнодушно ухмыляется, начиная застёгивать пуговицы на рубашке.

– Я понял, иначе бы ты не приехала. Я в порядке. Вчера был… расстроен, но сейчас лучше, – сухо произносит он.

– Если я могу чем-то помочь…

– Я ценю то, что ты приехала и прибрала тут все, но жалеть меня не надо. Мы оба знаем, что я никогда не любил Лайзу. Я думал, сын нас соединит, но если он не мой, то все теряет смысл, так?

– Это вам двоим решать, Мик, что имеет смысл, а что нет.

– Я разведусь. Лайза хочет развода. У нее есть мужик. Все нормально. Не о чем беспокоится. – Он небрежно пожимает плечами.

– Ты верил, что ребенок твой, любил его. Не нужно притворяться, что твое сердце не разбито, – мягко говорю я. Встаю и приближаюсь к нему. Мик закрывает глаза и отворачивается, когда я кладу ладонь на его плечо. – И если ты любишь мальчика, то, может быть, неважно, кто биологический отец? Я не оправдываю Лайзу, но и ты не был святым.

– Я был худшим из мужей, – кивает он, неожиданно прижимаясь щекой к моему запястью. Я обнимаю его голову, прижимая к своему животу, глажу влажные волосы нежными, успокаивающими движениями.

– Вот видишь. Ты сам все понимаешь. Она злится, ревнует. Но если вы поговорите, захотите наладить отношения…

– Нет, – резко отвечает он. Я чувствую исходящее от него напряжение.

– Ты просто еще не остыл.

– Я не хочу ее, понимаешь? Дело не в ребенке и ее измене. – Майкл поднимает голову, глядя на меня. Да, я понимаю его. Тяжело вздыхаю, пропуская влажные пряди между пальцами. – А что насчет тебя? – Его взгляд темнеет. Он выпрямляется, и его ладони ложатся на мою талию. Мне кажется, что это дружеское объятие, и я не пытаюсь освободиться. Но с ним всегда приходится быть на страже.

– Насчет меня? – переспрашиваю я с недоумением.

– Как тебе удалось получить назначение председателя правления компании? – Он подозрительно прищуривает глаза, ладони слишком сильно сжимают мою талию.

– Я ничего об это не знаю, – искренне говорю я. – Как это возможно? За какие заслуги?

– Может, ты спишь с кем-то из руководителей корпорации, а я просто не знаю об этом? – В его глазах я вижу неверие. Да, Купер хорошо изучил меня.