Нам нельзя

Думаю, ему слегка за двадцать. Весь в татуировках, взгляд исподлобья, грозный. Меня в жар бросает, стоит просто ему посмотреть, – хвастается своей новой влюбленностью подруга.

– Это называется «мамочка Стифлера», – фыркнув, хихикает Крис. – Ты же реально могла бы быть его матерью.

– Не сыпь соль на рану, а? Не напоминай, что я старше вас. И плевать мне, что я ему в мамы гожусь. Я после развода только до тридцати мужчин буду рассматривать. У моего козла все плохо с эрекцией, вот и компенсирует самооценку любовницами.

– У многих мужиков после тридцати пяти проблемы, – вымученно выдыхает Кристина.

Олег старше меня на двенадцать лет, и я даже не знаю, согласна с этим или нет. По настроению у него. А вот то, что мой муж – эгоист в постели, я знаю точно. Он в первую очередь думает о своем удовольствии, так постоянно было. Возможно, из-за этого я к тридцати пяти годам еще не полностью раскрыла свою сексуальность. У меня было только два половых партнера за всю жизнь, и иногда я извожу себя вопросом: «А каково это – с другими? Может, есть что-то гораздо лучше, чем мне приходится довольствоваться?»

– Это неправда.

Я-то могу быть плохой. Просто редко выпускаю свою внутреннюю пуму на волю.

– Ты же у нас сексолог, как мы могли забыть, – крепко обнимаю подругу, повиснув на ее плече.

Черт возьми, как я соскучилась по такой теплой и душевной атмосфере, где можно нести всякую чушь и знать, что тебя никто не осудит.

– Я еще и экстрасенс теперь, – с таинственным шепотом Вера достает из верхнего ящика небольшую сверкающую коробку, приготовленную заранее. – Взяла с собой метафорические карты и Таро. Готовы погадать и узнать, что вас ждет?

– Опять ты за свое, – смеюсь я, прекрасно зная, что она в своей терапии использует не только доказательные методы.

Смех и обсуждение последних новостей не прекращаются. Стараемся не говорить пока о сложном, больном и напряженном. Мы здесь собрались для того, чтобы отвлечься, побыть рядом друг с другом в комфортном пространстве и мысленно уйти от всех гнетущих проблем.

Наш разговор, как и шампанское, льется рекой, но я свою меру знаю. Останавливаюсь на двух бокалах, а вот Анжелика явно готовится к походу в бар с продолжением.