Нам нельзя

Мы, кстати, приехали, – сообщаю, паркуясь на стоянке перед уютным кафе, украшенным по периметру красиво-мерцающей светодиодной бахромой.

Машин совсем мало, место уединённое. Я специально его выбрал, чтобы нам не помешали общие знакомые. Вокруг заснеженные ели с мерцающими стволами. Самая высокая украшена по полной программе. Шары, гирлянды, мишура. Справа от входа в заведение гостей зазывает надувной радостный Дед Мороз, слева из запряжённых оленями саней приветливо машет руками улыбчивый снеговик, а под резным козырьком над дверью игриво подмигивает рождественский венок с искусственными свечами.

– Ты завез меня в лес? – шутливо замечает Саша, оглядываясь по сторонам.

– Ага. Я опасный человек, Александра.

Она беспечно смеётся, а я искренне балдею от ее звонкого смеха. Такой она мне нравится еще больше.

– Красиво, – вздыхает она. – Идеально.

– Класс, я рад, что тебе понравилось, – широко улыбаюсь я, протягивая руку. – Идем?

Вопрос зависает в воздухе, как и моя ладонь.

Что же так сильно тревожит тебя, Сашенька, в этот предпраздничный вечер?

– Не думай сегодня ни о чем, – шагнув к ней, говорю я.

Пушистый снег скрипит под ногами, со стороны кафе доносятся знакомые новогодние мелодии. Она колеблется, глядя через мое плечо на светящуюся вывеску кафе.

– Это сложно. Человек не способен ни о чем не думать.

– Ты поняла, что я имел в виду, – неотрывно смотрю в чистое красивое лицо, испытывая острое желание сделать то, за что наверняка схлопочу по морде.

– Прешь, как танк. Да, Макс? – усмехнувшись, она решительно вкладывает пальцы в раскрытую ладонь. Они теплые, не такие как в машине.

– Юношеский максимализм, Саш, – в тон ей отвечаю я. – Могу напомнить, как это работает.

– Напрасно потратишь время.

– Ты просто забыла, – поглаживая большим пальцем по центру узкой ладошки, я неторопливо веду ее ко входу в кафе.

Раздевшись в гардеробе, мы проходим в главный зал. В глазах рябит от обилия праздничных огней. Несмотря на высокий сезон, свободных столиков полно. Администратор провожает нас к самому уединенному, отгороженному от немногочисленных гостей ширмами, украшенными еловыми ветками, огоньками и игрушками.