Куда приводят грехи

 – Артем спросил, работаем ли мы с коллекционерами, предметами искусства, антиквариатом, ну и прочей херней, которую богатеи-эстеты обычно собирают и друг перед другом этим хламом хвастают.

– Работаем, – на автомате подтвердил я.

– Компьютер включи его, – она кивнула на закрытый ноут. Я быстро исполнил.

– Там есть папка на рабочем столе в нижнем правом углу. Так и называется «Артём Чернов», – продолжила инструктировать меня Белевская. Похоже, впервые в жизни мы поменялись местами. Я щёлкнул по озвученному значку пару раз.

 – А теперь открой графический файл, – снова ударил по клавиатуре. Сердце ухнуло в пятки, когда на весь экран загрузилось разделённое на две половины изображение. Аверс и реверс золотой монеты, точь-в-точь идентичной той, что я нашел на балконе Чупрасова, под его стулом, с которого он сиганул, с высоты двадцать третьего этажа без ведомых на то причин.

– Видишь? – спросила Элла.

– Да. Монета, – глухо отозвался я и меня снова охватило ощущение сюрреалистичности происходящего.

– Да, верно мыслишь. Золотой древнеримский динарий. Профиль императора Тиберия на аверсе, богиня Виктория – на реверсе. Если кратко: датируется 30 годом нашей эры, чеканились в Александрии. В обращении использовались вплоть до средних веков. Артем попросил найти семь таких, которые находились бы в одной коллекции и у одного человека.

– Что за бред? – кровь отлила от лица. Мой мозг отказывался подчиняться и строить какие-то логические схемы. Какой-то балаган безумия.

– Это не бред, Кир, – покачала головой Элла. – Самое интересное, что Стас нашел монеты. Точнее, не он один, – осекалась Белевская и я вопросительно взглянул на нее. Она быстро пояснила. – Пришлось Юматова напрячь с его связями. Оксана лично переписывалась с продавцом. Она у нас полиглот, четыре языка знает, включая французский. В общем, нашли все семь монет в частной коллекции разорившегося французского миллионера Пьера Лорана. Монеты ему достались по наследству от отца, тому от деда, который выкопал их во дворе дома в Лионе.

За время электронного общения Оксана выяснила кое-что странное.

– Что еще может быть более странное? – с сарказмом спросил я.

– До смерти своего отца Пьер был успешным бизнесменом, ворочал миллионами, а когда получил наследство, дела резко пошли на спад; жена умерла, сестра утонула. Короче, он начал распродавать имущество в пользу бедных, заделался в меценаты, ударился в религию.