Куда приводят грехи

– Сколько времени? – спросил я хриплым спросонья голосом и, повернувшись набок, забрался шаловливыми руками под тонкий халатик, сжимая крепкое бедро девушки и только потом открыл глаза, упираясь взглядом в смазливое личико с безупречно наложенным макияжем. Когда она успевает привести себя в «боевой раскрас»?

– А где «доброе утро, Элла?», – Белевская сморщила свой идеальный носик и толкнув меня, перевернулась на спину. Обиженно насупилась, накручивая на палец длинный светлый локон, ожидая от меня, как минимум тех слов, что уже произнесла сама.

– Доброе утро, Элла, – ухмыльнувшись, пробормотал я, опираясь на локоть и наклонившись, поцеловал ее в уголок неестественно-ярких губ. Она мягко отстранилась, игриво пробежав пальцами по моей отросшей за ночь щетине.

– Что тебе снилось? Ты так сладко посапывал, – улыбнувшись голливудской, белозубой улыбкой, за которую, кажется, заплатил я, спросила Элла.

– Ничего, к счастью, – ответил сухо, чувствуя, как настроение резко скакнуло вниз.

Все в Элле Белевской красиво. Волосы, зубы, задница, грудь, ноги от ушей; мозги работают; в постели без комплексов; истерик, сцен ревности не закатывает. Есть один существенный недостаток – напрочь отсутствует женская интуиция, иначе она бы не задавала раздражающих вопросов.

– А я надеялась, что ты меня видел во сне, – вздохнула Элла, словно испытывая мое терпение. В такие минуты сложно контролировать острое желание выставить ее за дверь. Я бы так и поступил, если бы не одно существенное «но».

Элла Белевская – многофункциональная и незаменимая помощница, которая выручала меня в самых сложных и непредсказуемых ситуациях. Она двадцать четыре часа в сутки находилась в онлайн-режиме, и Элла первая, кому я звоню, если что-то в моих рабочих планах идет не так. Ее компетентность и скорость реакции невозможно подвергнуть сомнению. Безусловно, эта женщина незаменима.

– Сколько времени? – резковато вернулся к первоначальному вопросу.

Шумно выдохнув, девушка скинула в сторону одеяло и быстро спрыгнула с кровати.

Я сел, скользнув взглядом по длинным ногам Белевской, потянулся к прикроватной тумбочке за моим остывающим кофе.

– Напомни, почему я тебя до сих пор терплю? Такого невнимательного хама-потребителя еще стоит поискать. Даже не знаю, за какие прегрешения мне так «подфартило».

– Это ирония или сарказм? – невозмутимо поинтересовался я, делая глоток эспрессо. – Кайф, – выдохнул с наслаждением. – Спасибо, крошка.