Тайна темной пантеры

– Конечно ты понимаешь, что для детального изучения такого объема информации, требуется намного больше времени, чем три дня. За три дня это практически невозможно, – господин Гутшрифт всегда начинал с объяснения важности и сложности задачи, неважно чего это касалось и кому он это рассказывал. Он небезосновательно полагал, что труд ценится только тогда, когда все хорошо понимают насколько этот труд тяжел и сложен. – Мне конечно же пришлось привлечь всех своих ассистентов для решения этой задачи и отложить все наши другие дела.

Но что не сделаешь для своего лучшего друга, – под последней фразой он подразумевал, что когда ему понадобится помощь, он надеялся получить в обмен за услугу поддержку со стороны «лучшего друга» детектива.

– Ты не представляешь, как тебе признательна полиция нашего города. Мы всегда ценим проявление такой сознательности со стороны граждан, а также их помощь и поддержку, – детектив всегда говорил от лица всей полиции, когда хотел уйти от конкретных обещаний. – Так что конкретно тебе удалось выяснить? Есть какие-то странные выплаты? Необычно высокие зарплаты у конкретных преподавателей? Что-то еще?

Гутшрифт покачал головой: – Ничего подозрительного.

Никаких таинственных платежей и сомнительных переводов. Все абсолютно чисто.

Тут он замолчал, ожидая, когда детектив продемонстрирует глубину своего интереса в этом деле.

Детектив сделал маленький глоточек кофе и аккуратно поставил чашку на блюдечко.

– Ну я уверен, что от такого высоко ценимого профессионала своего дела как ты, не могло ничего скрыться? – слово «высоко ценимого» детектив особо подчеркнул.

Господин Гутшрифт широко улыбнулся – ему и самому не терпелось поделиться подозрениями.

– Ничего противозаконного, но судя по некоторым финансовым операциям, как например, закрытие всех долгов по коммунальным платежам, можно сказать, что они готовят продажу здания.

Детектив удивленно посмотрел на финансиста. Университет и все его имущество – как здание и земля под ним – принадлежали государству.

А он определенно знал, что по закону, никакая государственная земля или здания не могут быть проданными. В свое время этот закон был принят во избежание расхищения государственного имущества.

– Да-да. Ты думаешь, что это невозможно, – прервал его мысли Гутшрифт. – Так думал и я, пока наш банк не столкнулся с проблемой. При строительстве нового хранилища мы случайно обнаружили сеть подземных коммуникаций, туннелей.