Войд. Том 6. Последние Шаги

 – Кавалерия отходила на недосягаемое расстояние, туда, где её враг уже не видел. У нас есть для этого маскировка и более семидесяти процентов заряда нашей птички. Хватит и попрыгать, и пострелять. А если есть ещё один корабль, который будет вступать в прямую конфронтацию, то для нас это вообще идеальная тактика. Враг будет видеть цель, но не будет видеть нас. И так можно его спокойно раздавить, не участвуя в глупых свалках и перестрелках.

– Думаешь, получится? – с сомнением спросила девушка.

– Уверен, что получится, – улыбнулся я, а в мысле-канал пустил опять нотки лёгкого безумия.

Опять Алиса была недовольна, но это уже проскочило мимо меня, я снова сосредоточился на том, что происходило вокруг, и координировал работу всех наших звеньев. Благо, их было не так много, чтобы это причислялось к чему-то мозго-разрывающему.

Наскок, быстрая отработка по первому эсминцу, тот не смог долго сдерживать наш молниеносный натиск, взорвался. Лаки же в этот момент дал очередь по тяжёлому крейсеру, чтобы тот тоже немного пострадал и в будущем чтобы нам против него было немного проще.

В ответ получили несколько выстрелов, слегка изменили курс и сделали прыжок. Щиты моментально просели на двадцать процентов, но начали через секундную задержку восстанавливаться благодаря общему запасу энергии. Следом мы развернулись на левый бок, сделали ещё один прыжок, после чего нацелились снова на противников. Те, как и ожидалось, ждали нас с той стороны, куда мы и совершили прыжок.

И снова в бой. Снова молниеносное нападение на фланг. Как только мы появились, сразу же был уничтожен ещё один фрегат. Повезло, что мы после скачка оказались нацелены ровно на него. Тут же ещё раз отработали по тяжёлому крейсеру, сами получили на десять процентов щита, после чего сделали ещё один прыжок.

Оставалось пятеро. А мой настрой всё сильнее и сильнее взлетал вверх. У них нет подавляющих гравитационные двигатели технологий.

Очередной наскок, на этот раз смогли не только уничтожить один фрегат, но и снять щиты у тяжёлого крейсера. Вот только после этого четыре оставшихся корабля решили пуститься наутёк, разлетевшись в разные стороны. Это не хорошо.