Изгой. Падение

Даже в условиях «бомбёжки» огромным количеством астероидов, существуют и такие придурки.

Стоило только «мне» снова начать смотреть перед собой, как тут же в ста метрах от «меня» упал огромный камень, ударивший такой мощной взрывной волной, что всех просто раскидало по сторонам. Кто оказался ближе, тех –  отдельными кусками, кто – дальше, те просто погибли от резких перепадов давления, как от взрыва, кто был ещё дальше… тому повезло. Моему протеже повезло, он остался цел.

Придя в себя через неопределённый промежуток времени, «я» обнаружил себя среди десятков мёртвых и оглушённых тел.

Небосвод залило красное зарево, словно при закате, хотя сейчас в моём сне было немного за полдень. «Меня» вырвало, ведь не каждый день увидишь столько трупов вокруг себя. В реальности. Не в играх.

Придя окончательно в себя, мой протеже осмотрелся по сторонам. Ещё несколько зданий рядом лежало в руинах, полицейский, что призывал к порядку до падения огромного куска камня, оказался нанизан почти всем телом на арматуру развалившегося каркаса памятника, очередного.

Снова позыв рвоты, так как «я» разглядел в подробностях содержимое внутренностей человека. Но сдержался.

Послышался детский плач, протеже сразу же закрутил своей головой, ища источник шума. Это была та самая девочка, которую нёс мужик на руках. Она сидела на коленях, рядом с ней лежало словно перемолотое тело её отца. Подойдя ближе, «мне» удалось заметить, что у девочки висела рука плетью, почти была оторвана.

Как она ещё пребывала в сознании, большой вопрос, но она была жива.

– Пойдём! – подбежал протеже и схватил малявку на руки, тут же унося её в сторону метро.

– Па-а-а-апа-а-а-а! – ещё громче взревела она, потянувшись здоровой рукой к тому месту, где лежало тело ее отца. – Не-е-е-ет! Отпусти-и-и-и!

– Нет! – рыкнул «я». – Нельзя! Нам нужно укрыться! Пойми, его уже не спасти!

Этот человек, чьими глазами я смотрел, явно не знал, как успокоить ребёнка, да и сам не мог успокоиться.

Меня радовало только одно – он пытался спасти её, пытался…

Через пару минут всхлипы скатились до стонов, девочка побледнела, губы посинели, а глаза… они медленно то закрывались, то открывались. Она уже не могла говорить, только что-то бормотала себе под нос, бредила, но всё ещё рукой тянулась за спину этого человека. Пока не затихла совсем.

– Малая? – слегка потряс «я» девочку. – Эй, проснись! Проснись, кому говорю! – ещё раз дернул её.