Изгой. Падение

– Мда… помотала сегодня меня жизнь, – грустно усмехнулся я, смотря на два синяка под глазами от недосыпов, которые уже становились изюминкой моего лица. – Надо жрать и спать, а завтра к Сталеру… – развернулся я и медленно побрёл к двери в свою комнату, тихо проговорив себе под нос. – Может ему всё же сказать про рак мозга? Хоть планы на жизнь свои перестроит…

* * *

– О, – хлопнул в ладоши старший охранник, когда я пришёл к нему в «офис», – явился не запылился. Уже полдень, дорогой мой, как два часа прибыл представитель вождя из столицы, чтобы помочь нам понять, что за чудо такое мы тут добыли.

– Прости, – пожал я плечами, а потом ответил на рукопожатие Сталера, стоило мне подойти чуть ближе к нему. – Не высыпался последние дни. Представитель уже начал работать?

– Нет, – мотнул он отрицательно головой, – ждали тебя, даже из морозилки трупы пока не достали.

Я молча кивнул и склонил голову в сторону выхода, без слов сообщая охраннику, чтобы он показывал дорогу.

Сейчас Сталер выглядел несколько иначе, чем во время наших остальных встреч. Серая хлопковая рубаха, поверх выцветший желтоватых оттенков жилет, самые обычные джинсы и старые и сильно подранные кроссовки. У него явно был выходной, который он решил потратить на что-то, что ему было интересно. Ну и граничило с его работой.

До огромной морозильной камеры под землёй, обычно там торгаши за отдельную плату хранили свои замороженные мясные товары, мы шли минут десять.

По пути каких только открытых лавок нам не попадалось.

Кто-то торговал коврами, стоили они безумно дорого, на свои последние двести талонов я бы даже не позволил себе одну двадцатую самого маленького коврика. Кто-то торговал едой, кто-то одеждой, не стеснялись под открытом небом торговать даже самой близкой к телу одеждой, нижним бельём.

Мораль сейчас была не самой сильной стороной человечества, то тут, то там, даже в столь «цивилизованном» месте попадались полуобнажённые девицы, что в наглую торговали своим телом.

Как там говорилось в летописях, самая древняя женская профессия, да?

В самой морозильной камере пришлось укутываться в свой плащ, температура тут была минус десять, о чём мне вежливо сообщила Кира.

Всего в камере лежало два тела, девушка и мужчина, оба были лишены той или иной части тела, зато отмыты, да и все причинные места были прикрыты.