Врачебная тайна доктора Штанца

А благодаря открытому им способу выпаривания порошков из камней, я научился лечить старость. Ведь ни для кого не секрет, что это тоже болезнь. Вот только в запущенной форме, омоложение приходит ненадолго и доставляет изношенному долгой жизнью организму лишь дискомфорт. К сожалению, граф должен был покинуть на время этот Свет, но обещал нам, что вернётся не позднее двадцатого столетия. И я ему верю, ведь это уже его не первая и думаю, далеко не последняя смерть.

После последних слов доктора многие сидящие за столами зашептались.

– Да вы с ума сошли герр Штанц, – резко высказался обо всём услышанном от него Адольф Менгер. – Старость нельзя исцелить. Это естественный процесс любого живого существа, продиктованный законами самой природой. И я уверяю всех находящихся здесь людей, что вы либо ненормальный, либо такой же шарлатан, как ваш, ныне точно покойный, Сен-Жермен.

Однако, даже Вагнер, будучи человеком, весьма образованным, молчал. Он так пристально смотрел в глаза доктора, что казалось, тонул в них. Штанц же тем временем продолжал свою речь:

– Я могу продемонстрировать неверующим, действие порошка, малую толику которого получил в награду от графа. Хотя не скрою, что теперь и сам обладаю секретом его создания. Ну, так что, есть ли среди присутствующих хоть один очень старый и смелый человек?

– А как насчёт больного? – спросил его Менгер.

– Ну, хорошо, – вздохнул Штанц и перефразировал свой вопрос. – Есть ли среди присутствующих хоть один человек, который чувствует, что ему нездоровится?

– А вот это вы могли бы определить сами, доктор, – язвительно заметил Менгер.

Штанц бросил на него презрительный взгляд и встал из-за стола. Он внимательно осмотрел окруживших его людей и остановил свой взор на одном молодом человеке, державшемся весьма плохо и при этом периодически покашливающем в носовой платок.

– Кажется, вы сможете мне быть полезны, – сказал доктор, обращаясь к юноше.

– Это мой сын, Вильгельми, – отозвался кто-то из середины стола.

– Это неважно, чей он сын, – сказал Штанц, – важно то, что этот молодой человек болен.

– И чем же? – задал вопрос герр Менгер.

– Ну что же, я сообщаю, при находящемся здесь докторе, кстати, не единственном, что этот молодой человек, которого представили нам, как Вильгельми, болен уже больше трёх месяцев чахоткой.