Врачебная тайна доктора Штанца

 – Там, за елями, на открытой поляне, стоит сторожка, в которой когда-то жили егеря. Приведи её в порядок и жди меня.

– А, как же ваш …? – но, Фабер не успел закончить свой вопрос, так как Аннабелла прикрыла ему рот ладошкой, облачённой в кожаную перчатку и, приложив указательный палец другой руки к своим губам, приказала замолчать.

Он понял, что она мысленно прочитала продолжение его вопроса, касавшегося её мужа.

– Обещаю, со временем ты всё узнаешь, – прошептала она, отстраняясь от него.

Маркус хотел протянуть к ней свои руки, чтобы заключить в объятия, но девушка покачала отрицательно головой и, медленно отдаляясь от него, словно летя по воздуху, исчезла в тёмных, непроглядных зарослях парка.

Открыв утром глаза и обнаружив себя в собственной комнате, Фабер так и не смог вспомнить, как здесь опять очутился. Но зато он отлично сохранил в памяти все детали своего ночного приключения.

«Что это было?» – спрашивал он себя. «Неужели опять сон или галлюцинации? Ну, хотя бы не мучали кошмары о войне».

Он встал и подошёл к маленькому зеркалу, висящему над корытом с водой для умывания. Осмотрев лицо, мужчина заметил запёкшуюся на нижней губе кровь. Вот оно, доказательство!

Значит он не псих. Значит, всё это было на самом деле; и встреча с девушкой в парке, и их страстный поцелуй при луне, и их признания, и её обещание встретиться с ним вновь.

Точно! Как он забыл? Ведь ему нужно найти сегодня охотничью сторожку, в которой она сама назначила ему свидание.

Маркус быстро умылся и, накинув свою старую армейскую шинель, вышел на улицу. Да, ему не терпелось, как можно скорее отправиться на поиски этого домика, но и о своих обязанностях он тоже помнил. Нельзя было всё бросить на самотёк, это могло грозить увольнением, и Фабер, как обычно, отправился к колодцу набирать воду. Потом он, не задерживаясь, дабы не дать возможности Грину озадачить его чем-нибудь ещё, отправился на поиски заветной сторожки.

День выдался ветреным и хмурым. По небу неслись низко висящие серые облака. В конце концов, они начали сбиваться в кучу, словно где-то за горизонтом наткнулись на непреодолимую преграду, и быстро затянули собою голубую струящуюся небесную лазурь. Сразу стало пасмурно и тоскливо.

После ночного происшествия Маркус был так погружён в свои грёзы, что у него даже начались видения.