Лёд и Пламя

Деймон заядло верил, что мы не одни в этом мирке. Он начал обводить каждую звезду пальцем.

– Вроде так далеко и при этом так близко, что мы можем узреть их безграничную красоту, – Деймон не мог перестать наслаждаться небесными чудесами.

Что-то начало мигать красным светом, огонёк был размером с звезды.

– Видимо какой-то спутник. Или аппарат, – предположил Деймон, – А может, кто-то сейчас мне даёт сигнал, говорит мне что-то, ну или же пытается сказать.

Деймона можно было сравнить с ребёнком. Так озабоченно и с таким азартом разглядывать, то, что мы видим каждую ночь.

Но нет. Деймон был пленён удивительным видом. Наверное, то же самое чувствуют люди, которые каждый вечер разглядывают закат. Деймона встряхнуло от холода, хоть и порог замерзания был у него гораздо выше, чем у среднестатистического человека. Он не отрывал взгляда от небес, они одновременно и манили его, и пугали, и радовали, и даже обвораживали. На его лице образовались реки слёз.

– Почему Мэйсон не такой? – прошептал он, – Почему я должен страдать от такой картины один? Почему мы столь разные?

Мэйсон уже стоял у окна и размышлял.

– Мы три года шли к тому результату, что имеем сейчас, и он решает это бросить? – он качал головой, – Ведь ему нравилось поначалу… Мы вместе совершали такое… Почему он так резко переменил свои взгляды? Почему…

Настала пауза.

– Почему мы столь разные?

Наступила убивающая тишина.

– А ведь и правда, зачем мне оставлять столь большое дело? – размышлял он вслух, – Это слишком глупо и нерационально.

Если думать логикой Мэйса, то мы и вправду сможем изменить всё к лучшему. Мир измениться. Люди… – настала небольшая тишина, – Люди тоже изменятся. Мы… Изменимся.

Последние слова Деймона, словно эхо, повторялись и развивались в его голове. На его лице появилась лёгкая, еле заметная, улыбка. Словно, на него пришло снисхождение.

– Зачем мне бросать дело, если могу остаться в игре…

Снова настала тишина.

Роджер сидел на выступе здания и качал ногами, пожёвывая во рту бутерброд с ветчиной и сыром, запах от еды разносился по всей округе.

– Ночь сегодня тихая, – пробормотал он.

Вывески по-прежнему освещали весь город, в небе слышался гул самолётов и другой воздушной техники. По дорогам мчали машины и мотоциклы. Грохот одного из них разошёлся по всей трассе, он мчал быстрее всех. Роджер проводил его взглядом и пожал плечами, после чего, продолжил трапезу.

Город «жил», были слышны голоса и споры с «Торгового переулка».