Маска судьи

А вам бы не помешало нормализовать свой сон, юноша! А то мне начинает казаться, что ваши круги под глазами скоро растекутся по всему вашему лицу, и в один прекрасный день я перепутаю вас с одним из наших клиентов и ненароком проведу вскрытие.

Мартин Фримен. Я знала его ещё со школы. Мы учились с ним в одном классе. Казалось, что он живет в какой-то временной капсуле, ведь со школьных времен он почти не изменился. Ему чуть больше тридцати, но выглядел он лет на четырнадцать. Тощий темноволосый очкарик с огромными синяками под глазами.

Единственная вещь, которая выдавала в нем взрослого – щетина, редкими островками росшая на его лице. Боюсь представить, что было бы, если бы он решил отрастить бороду. Но самое странное то, что он с детства не менял свою причёску, которая была похожа на то, что стригли его под горшок.

– Жуть. Не самый лучший выбор, чтобы надеяться расстаться с девственностью.

– Алиса… Привет! – с дрожью в голосе, обратился ко мне Фримен и протянул мне руку.

– Привет, Мартин.

Как работа? – я пожала его руку, что выглядело немного неуместно.

– Да. В целом… Всё как обычно. Вскрытия, анализы. Ну… Сама понимаешь, – сказал лаборант, поправляя свою «изящную» укладку.

Вдруг я заметила, что его левая рука перебинтована, а сквозь марлевый бинт виднеется едва заметное алое пятно.

– Ты поранился? С тобой всё в порядке? – спросила я, изображая искреннее беспокойство и внимательно осматривая его руку.

– Нет! – опешил Мартин, спрятав в руку в карман медицинского халата.

 – То есть да. Но это случайность! Сплю в последнее время мало. От того чуток рассеянный стал.

– Чуток?! – искренне возмутился Фрэнк, подняв левую бровь. Лицо Миллера наполнилось багровым отливом. Он сердито смотрел на Мартина, словно ожидая, что его риторический вопрос вызовет у лаборанта хоть каплю раскаяния.

– Ещё раз извините, доктор Миллер. Больше этого не повторится! Я пойду, пожалуй, займусь своими делами. – Извиняющимся тоном протараторил Фримен и, повернувшись ко мне, сказал: – Удачи, Алиса, и… Хорошего тебе дня.

Заглядывай к нам чаще! – покраснел лаборант, изобразив жалкое подобие улыбки, и спешно удалился из помещения.

Фрэнк проводил его тяжелым взглядом, наполненным скорее досадой, нежели гневом. Он был показательно строг с Мартином, но никогда не злился на него в действительности. Издержки воспитательного процесса.

– Ох, Мартин, Мартин. – Раздосадовано произнес доктор Миллер, смотря на дверь, через которую вышел неряха.