Кровью и потом

Заказав себе, гору еды. Ароматный, яблочный пирог, десерт из взбитого коровьего молока с сахаром, и даже настоящий стейк! Он никогда не ел, такого нежного, вкусного мяса, тающего во рту, и даже в самых смелых мечтах, не мог предположить, что бывает так вкусно.

Сначала, он пытался пользоваться ножом и вилкой, но затем отбросил в сторону приборы и схватив кусок жареного, сочного мяса двумя руками, впился в него зубами. Жир стекал, по рукам и подбородку, а отец смеялся, глядя на сына.

Домой, они вернулись далеко за полночь и Коул рухнул в постель.

Только тогда, он почувствовал, как же он устал, за сегодня. Будто отработал пару полных смен в доках, не прерываясь на сон. С этой мыслью в голове он и заснул. Ему снились пироги, с ежевикой, румяными яблоками, посыпанные корицей и сливками. Молочные коктейли с густой пеной и стейки, таящие во рту.

Глава 2

Последующие недели Коул, продолжил тренировки. Он заметно окреп физически, стал более вынослив, а на его теле стали проявляться мышцы. Теперь, он мог бегать, не обращая внимания на усталость, а одышка вовсе ушла в прошлое.

К его ежедневным тренировкам, прибавилось поднятие тяжестей. Коул недоуменно смотрел на отца, который вскинув на плечи мешок с песком, приседал с ним, показывая сыну, как это делается.

– Я в доках, почти каждый день перетаскиваю эти мешки, разве этого недостаточно? – Спросил он, надеясь избежать этого занятия, не горя желанием таскать тяжести в свободное от работы время.

– Это укрепит твои мышцы, о которых ты даже не знаешь.

 – Ответил отец. Коул вздохнул, и взвалив на себя мешок стал приседать с ним.

По началу это показалось ему легким занятием, но через пару минут ноги заныли, а еще через пару, в них словно забили вату. Они перестали слушаться, начали дрожать, словно у новорожденного теленка, и Коул рухнул с мешком на плечах. В ушах стоял звон и отцовский смех.

– Я могу еще! – Сказал Коул, стараясь доказать отцу, свою силу.

– Нет, хватит на сегодня. Попробуй повторить это завтра.

 – Ответил он улыбаясь.

Коул поначалу не понял, что так развеселило отца. Но на следующее утро, все встало на свои места. В его ноги, словно впились острые иглы, которые вонзались при каждом движении все глубже. Без мучительной боли, он не мог даже одеть штаны. А отец, уже ждал его во дворе с мешком для приседаний.

Коул, вышел во двор прихрамывая и кривясь лицом при каждом движении. Посмотрев на орудие пыток, в руках отца, он взмолился. Но тот был непреклонен.