Жена для двух лэрдов

Сильные мужские руки подхватили меня, низкий голос что-то произнес, но я не разобрала, что он сказал. Послышался шелест крыльев. Моя голова беспомощно упала на плечо спасителя, и даже страх перед зловещим крылатым незнакомцем не помог вырваться из нахлынувшего беспамятства.

* * *

Сначала всполохи огня я приняла за солнце.

Свет прорезал темноту, согревая и даря покой. За границей этого света стояла глубокая, непроницаемая тьма, и я терялась в ней, тянулась к солнцу, но никак не могла приблизиться.

С трудом выбравшись из липкого, тяжелого сна, я почувствовала во всем теле дикую слабость.

В затылке пульсировала тупая боль, веки потяжелели, а перед глазами стоял мутный туман.

Я лежала без одежды, под мягким толстым одеялом. Бархатные занавеси закрывали кровать пологом с трех сторон, а со стороны камина были отдернуты.

Положив гудящую голову на подушку, я почувствовала легкий, чуть терпкий мужской запах.

И тут же вспомнила о сильных руках и черных крыльях… А еще о том неуловимом моменте, когда губы мужчины коснулись моих губ…

Или этого уже не было?

В следующий раз я проснулась ночью, когда опять зажгли камин.

Возле него стояло высокое кресло, и я разглядела силуэт мужчины, но его лицо скрывала густая тень.

Я попыталась сесть, но застонала от боли и слабости. Высокая черная фигура поднялась с кресла. Мужчина подошел ко мне, и причудливая крылатая тень скользнула по стене. Я не видела его лица в плотной темноте, зато его пальцы походили на когтистые лапы орла.

Я попыталась отстраниться, но вместо этого снова провалилась в беспамятство.

В лихорадке я иногда чувствовала, как чьи-то руки прикасаются к моей горячей коже мокрой прохладной тканью, даря короткое облегчение. Когда же я дрожала от холода, кто-то заботливо укрывал меня поплотнее толстым одеялом.

Меня не отпускала дрожь. От мучительного жара я переходила к ужасному ознобу. И в этой бесконечной карусели испытаний неизменным оставалось только крылатое чудовище без лица, которое подходило и садилось на край моей постели.

Оно внимательно смотрело на меня глазами, в которых пылали красные огоньки, и поило прохладной водой. Но когда наклонялось ниже, я отшатывалась в неконтролируемом страхе.

Эти же крепкие руки брали меня за плечи и настойчиво подносили к губам чашку горячего бульона, а хриплый шепот приказывал пить. Чьи-то глаза следили за мной, ожидая, когда лихорадка уймется.

А я боялась даже думать, какую цену запросит чудовище за свою заботу.