Вечно Алая

 – Они что-то сделали с тобой?

– Нет. Нет, – ответила она, – они меня не трогали. Просто сказали кое-что. Я их не помню, Калеб. Это не важно. Джастину это с рук не сойдет, – она сделала глубокий вдох, а когда успокоилась, я увидел огонь в ее глазах.

Вот это моя девочка!

– Что мне нужно сделать? – спросила она. – Нужно подать жалобу в деканат, – внезапно ее глаза расширились. – Калеб! Что сказал декан? Тебя… отстранят? – я слышал беспокойство в ее голосе. Она больше волновалась за меня, чем о том, что с ней произошло.

– Нет, – хотя могли бы, но мама позвонила декану. Она была членом родительского комитета. Я терпеть не мог использовать свое имя, чтобы решить какие-то проблемы, тем более прибегая к помощи матери. Но в борьбе за Алую я намерен использовать даже запрещенные приемы. – Зато этого ублюдка отстранили и выгнали из команды, – добавил я. Лично я считал, что его вообще следует удалить с этой планеты. Однако я знал, как было важно для Джастина играть в баскетбольной команде.

– Что ты имеешь в виду?

– Он отправил всем обнаженные фотографии своей бывшей девушки, когда она его бросила.

– Ты серьезно? Как это сошло ему с рук?

– Он все отрицал. Отправителя не смогли отследить, но все знали, что это сделал он. Только на этот раз один из первокурсников видел, как он вешал тот плакат в раздевалке.

Она молчала.

– Алая, не беспокойся. Этого больше не повторится. Я обещаю.

Она отрицательно покачала головой.

– Не надо. Не хочу, чтобы ты считал, что должен все время меня защищать.

– Защищать тебя – моя работа.

– Калеб…

Я припарковался у дома Кары и повернулся к ней.

– Я хочу, чтобы ты сегодня ночевала у меня, – сказал я. Когда она открыла рот, чтобы, скорее всего, мне возразить, я перебил ее. – Пожалуйста. Я должен чувствовать, что ты в безопасности.

Она кивнула.

– Хорошо.

– Вернусь через два часа. Я попросил Мэтью написать всей команде, что мы встречаемся у него дома. Я должен убедиться, что этих плакатов больше нигде нет.

– Все уже закончилось. Тебе обязательно заниматься этим сегодня вечером?

Я держал ее лицо в руках и гладил большим пальцем ее нежную щеку.

– Да. Он больше тебя не обидит. И я должен быть в этом уверен.