Хрен с Горы

Так что на второй день стройки я вежливо поблагодарил шефа за высокую честь, которую он мне оказал, выделив под моё начало полдюжины своих регоев, но сказал, что мне будет достаточно трёх, а не полдюжины. Этих при себе пришлось оставить не только для солидности (как-никак я не последнее лицо в Бонхо, а особа, приближённая к Ратикуитаки), но и в качестве посыльных. Ну и для вящего спокойствия правителя: вождь наш – человек в общем-то простой, не чета начальникам из той России, которую я потерял (или которая потеряла меня – это с какой стороны посмотреть), но особой доверчивостью не отличается, и регои должны были не только помогать, но и приглядывать за мной на предмет, не сговорюсь ли я с кем-нибудь против таки.

Одно дело, когда Ралинга-сонай сидел в медеплавильне, начальствуя над десятком рабочих, да иногда выбирался в Бон-Хо или к родне в Сонав. И совсем другое, когда у меня в подчинении сотни человек, причём не только суне, но и бонхойцы, и когда я общаюсь по производственной необходимости с кучей народа – от старост деревень до практически всего ближнего окружения Ратикуитаки.

Впрочем, один из откомандированных ко мне регоев, Такумал, неожиданно показал себя толковым организатором землекопных работ и по совместительству самородком-гидротехником, который намного лучше вашего покорного слуги мог проложить трассу будущего канала. Так что многие вопросы я нагло повесил на него…

– Уважаемый!

Я недовольно повернулся в сторону окрика, отвлёкшего меня от процесса руководства (в данном случае – практически в прямом смысле этого слова, ибо я действительно интенсивно водил рукой, очерчивая перед сунийцами фронт работ).

Это что ещё за явление Христа народу? Компания совершенно незнакомая. Десяток мужчин: трое увешаны кучей цацек, означающих высокий статус их владельцев, остальные без особых понтов, но все вооружены, причём преобладали металлические топоры и короткие мечи явно «импортного» происхождения. Так что публика солидная – стопроцентные регои.

А изобилие привозного оружия (как бы его на этих десятерых было не больше, чем во всём Бонхо) говорит о том, что они с запада острова.

Двое из этой компании – молодой парень и седоватый мужик в годах – выделялись светлой кожей и отсутствием татуировок на лицах. Пожилой чересчур пристально на меня пялился, словно пытался вспомнить, где же мы с ним встречались? Ну ладно, за погляд денег не берут. Тем более здесь денег вообще не знают.