Запад есть Запад, Восток есть Восток

Фролов ответил, что это может быть удивительным только для человека, который редко входил в близкое соприкосновение с немцами. И что этот бой на самом деле начался еще несколько дней назад, когда немцы неожиданно стали эту высотку обстреливать. Без всякого повода, но не очень яростно. Вот тогда Фролов и задумался: для чего? А на всякий случай. Если им вдруг понадобится вести там бой.

– Она была ими пристрелена, понимаешь? – объяснил Фролов.

– Откуда ты понял, что она пристреливается, может, в нее случайно попали? – спросил Сабуров.

– Я это проверил сразу после обстрела. Два выстрела – недолет, а третий прямо в высотку. И все. Больше не стреляли.

– Но ты понятия не имел, что разведка пойдет с твоих позиций, – заметил Сабуров. – Тогда зачем проверял?

– Потому что по этой тропе, – ответил Фролов, – немцы тоже могли послать к нам своих разведчиков. Они просто так ничего не делают.

И здесь Сабуров признался, что даже во время боя думал про Фролова, что ему просто сильно повезло.

– А у тебя, оказывается, талант.

Фролов засмеялся:

– Да везучий я, везучий, ты совершенно прав. Представь, что немцы на всякий случай очищали высотку для себя, чтобы прикрыть свою разведку? И чтобы мы подумали: пристреливают. И туда не полезли бы. Хороши бы мы тогда с тобой были, если б легли у оврага, а?

– Слушай, действительно… – удивился Сабуров. – Так ты что, рисковал?

– Нет, не рисковал, не смотри на меня так, будто уже отправляешь меня под трибунал.

После этого разговора Сабуров и Фролов стали друзьями.

– Что случилось, Паша? – спросил Фролов, когда они вышли в коридор.

– Ты лучше меня знаешь, что у тебя случилось, так что давай помолчим, пока уши кругом.

В коридоре было многолюдно.

– А, да знаю я, о чем ты, – спокойно проговорил Фролов, – ерунда все это.

– Ерунда, говоришь, – сказал Сабуров, когда они лицом к лицу уселись за маленький столик, приставленный к его большому столу.

– По-твоему это ерунда? В каком смысле ерунда?

На нескольких фотографиях были засняты он и Ольга – и в машине, и стоящие рядом со столбом, когда они прощались, коснувшись друг друга лбами. И, наконец, последняя фотография. Храм. На Фролове гражданский костюм.