Притворись моей дочкой

 – Ты что, в школе залетела?

Этот вопрос хоть и задан серьезным тоном и в нём не звучит и намека на издевку или насмешку, но мне почему-то становится смешно. Вот, оказывается, с какой целью он меня «осматривал» – не рассчитал возраст.

– Мне 24, дочери – пять. Как можете посчитать, я родила её не в школе, – усмехаясь, отвечаю на вопросы мужчины. – И представьте себе – не залетела, а вполне законно мы с мужем планировали ребенка.

– У тебя и МУЖ есть???

Нет, ну точно придется собирать его глазные яблоки по всему ресторану! И я не могу так долго смеяться – у меня мышцы лица нетренированные и уже скулы сводит.

– Нет, успокойтесь, – говорю, когда приступ смеха немного отступает, – зятя вам не приведу.

Глеб Викторович собирался спросить еще что-то, но тут возвращается блонди и, лениво проведя своими маникюрами по плечу мужчины, томным голосом объявляет:

– Котик, я что-то неважно себя чувствую… Эти журналисты так утомили… Может пойдем уже?

Вот не пойму, как можно так ломаться и манерничать в общественном месте? Тут же кроме «котика» есть еще и другие люди, которых может стошнить от переизбытка гламурного пафоса на один квадратный метр…

– Хорошо, Вик.

От последнего слова меня аж передернуло. Нет, я могу так назвать мою Дианку, бывший муж тоже меня так называл, когда мы начинали с ним встречаться. Но вот от этого мужчины, который хоть и играет роль моего папочки, однако совсем её не тянет… Я не могу воспринимать его ни как родителя, ни как потенциального жениха, и от этого диссонанса впадаю в ступор.

Видимо, я слишком долго не моргая смотрю на мужчину, что он решается вернуть меня в реальность, делая это весьма своеобразным образом. Он щипает меня за бедро! За такие вещи я обычно не разбирая даю в глаз, как учили меня на секции дзюдо, которую я посещала до 9 класса. И тут рефлекс тоже не подводит…

Только увидев лежащего на полу «моего папашу» и «моего начальника» в одном немного помятом лице, я понимаю, что теперь это точно конец…

Глава 5.

Глеб

Честно, я даже не понял, что произошло. Помню, как собирался завершить вечер «с минимальными потерями» и уже вроде бы всё шло хорошо, мы начали прощаться, чтобы разойтись и больше никогда не встретиться, но тут что-то пошло не так…

Во-первых, я назвал официантку дочкой, и как-то само собой вырвалось логично прилагающееся к нему слово, как я обычно зову свою Нику.