В погоне за Алой

– Где я?

– Не помнишь?

Внезапно мне захотелось с силой дернуть себя за волосы.

– Чего не помню?

Его лицо помрачнело.

– На тебя вчера чуть не напал какой-то извращенец. Я тебя спас. – Он покачал головой. – Он бы тебя изнасиловал.

В висках застучало. Воспоминания прошлой ночи стали возвращаться.

– А еще ты заблевала мне всю машину. – Он на мгновение замолчал. – Причем дважды.

– И-изнасиловал? – Я мельком вспомнила приставания какого-то парня. А что, если это был он?

Калеб кивнул и пристально на меня уставился.

Я помотала головой, чтобы отогнать неприятные мысли, и посмотрела на него.

– Откуда мне знать, что ты – не он?

– Я тебя умоляю. – Он хмыкнул, закатив глаза. – Мне не приходится принуждать девушек со мной спать.

Он отступил, прислонился к разделочному столику за спиной, скрестив руки на накачанной груди, склонил голову и стал меня рассматривать.

– Спасибо, – тихонько проговорила я, но не избавилась окончательно от своих подозрений. Я росла в опасном районе, осторожность – моя вторая натура. – Я мало что помню о вчерашнем вечере.

– Ты была пьяная, – отметил он.

– Это я, кажется, помню.

– У тебя что, даже похмелья нет?

Я покачала головой.

– Удивительно, – сказал он пораженно.

– Если не возражаешь, верни мне обувь, я сразу уйду. – Я предположила, что он знает, где она лежит.

– Не так быстро.

– Что? – Мой взгляд метнулся к эспрессо-машине на стойке в пяти футах от меня. Можно до нее добежать, если он решит меня схватить. А смогу ли я ее поднять?

– Ты мне заблевала всю машину, а я, между прочим, ее всего несколько недель назад купил.

Ой. Я прикусила губу.

– Разве у тебя папа не богач? – Я обвела рукой роскошь, окружавшую нас. – Разве ты не можешь поручить кому-нибудь почистить ее за тебя?

Его брови взлетели вверх.

– Так ты хочешь, чтобы за тобой убирал кто-то другой?

Я стиснула зубы.

– Чего тебе от меня-то надо?

Отклонившись, он подтянулся, чтобы сесть на столик, выставив на обозрение великолепное тело. Я сглотнула.

– Тебе есть куда идти? – За ним стояла корзинка с яблоками. Он взял одно в руки. Какой же он счастливчик, может достать еду, когда захочет. И ему не надо бояться, что он будет голодать… или останется без крыши над головой.