В погоне за Алой

Послышался мягкий голос пожилой женщины, за которым последовали глубокие интонации Калеба. Через двадцать минут в дверь легонько постучали.

Из осторожности я осталась на том же месте и принялась ждать. Дверь медленно приоткрылась.

– Алая?

Я затаилась сразу за дверью, чтобы не было видно.

– Я тут, – прошептала я.

– Мне пора. Ну… Вечером увидимся?

Мы стояли, прислонившись с двух сторон к двери, перешептываясь, словно дети, которые делятся секретами.

– Конечно, – откликнулась я.

– Будешь по мне скучать? – спросил он и умолк.

– Конечно, Калеб.

Он откашлялся.

– До скорого, Алая, – проговорил он мягко и прикрыл дверь.

– До скорого, Калеб, – прошептала я пустоте.

Глава 4

Вероника

Остаток утра я провела в школьной библиотеке, ища через компьютер работу, печатая резюме и составляя список компаний, где есть вакансии. Вооружившись стопкой резюме, я отправилась по каждому адресу в списке. Не найдя ничего стоящего, я настолько отчаялась, что отправила резюме и всем остальным.

Четыре часа вылились в пешие переходы, заполнение бланков и постоянное «простите, мы никого не нанимаем» и «мы вам перезвоним». Я выдохлась, приуныла и дико проголодалась.

Блинчики, съеденные на завтрак, давным-давно переварились. Я знала, что надо поесть, но не хотела тратить остаток денег на еду. Можно потерпеть до квартиры Калеба, а там уже подкрепиться.

Я ахнула и чуть не упала – подошва на обуви начала отклеиваться.

Я потрясенно уставилась на брешь между верхней и нижней частью подошвы кроссовки.

Горло сдавило, хотелось кричать от того, насколько жалкой была моя жизнь.

Звучит нелепо, вот только старые, поношенные кроссовки стали последней каплей, которая переполнила чашу моего терпения.

Когда мама была жива, наших зарплат еле хватало на то, чтобы сводить концы с концами. А потом ее состояние ухудшилось, и она уволилась, а мне пришлось взять кредит помимо займа на оплату учебы, чтобы у нас осталась крыша над головой.

В конце концов ей пришлось остаться в больнице, и чтобы сэкономить деньги, я сняла себе койко-место в доме с пятью другими людьми.

Слова «безопасность» в том доме не знали. Я стала носить с собой карманный нож, а ценные вещи запирать в школьном шкафчике. Когда мама умерла, я взяла с собой все, что смогла, и уехала из городка, в котором мы вместе прожили больше десяти лет. Я каждый день ездила на обе свои работы в Эстер-Фоллз, так что переезд туда был вполне логичен.