Високосный убийца

Снаружи рынок напоминал типичный мексиканский базар: продавалось все, от предметов искусства до одежды и свежевыжатых соков. Широкие стеклянные двери стояли под навесами из терракотовой черепицы, из динамиков доносилась бодрая народная музыка. Запах свежего кориандра в глиняных горшочках перемежался с ароматом керамических подносов с мылом из козьего молока. Нина не просто приехала в другой штат – само восприятие жизни было здесь иным, разительно отличаясь от холодного, серого востока.

Она неохотно последовала за Пересом к уличному грилю.

Двое мужчин переворачивали кусочки курицы металлическими щипцами, а потом поливали соусом. От одного запаха у Нины заурчало в животе.

Перес рассмеялся:

– Говорил же! Я знаю, что вам нужно.

Мужчина у гриля наклонил голову к Пересу.

– Слава богу, привел кого-то, кроме своей страшилы-напарницы. – Он хохотнул – мол, просто шутка.

Агенты набрали курицы и мексиканского жареного риса и пошли к стойке с напитками. Глаза разбегались: и папайя, и арбуз, и орчата[23 - Орчата – прохладительный напиток испанского происхождения из молотых злаков или орехов; в США обычно продают версию из молотого риса.

], и лимонад, и гуава, и какой-то непонятный сок.

– Что это?

– Колючая груша. – Перес показал на ярко-розовые фрукты в плетеной корзинке. – Напиток готовят из плодов местного аризонского кактуса. Очень вкусный сок, а уж если добавить в «Маргариту»… Как закончим работу, я вам куплю – попробуете перед отъездом.

В итоге Нина заказала колючую грушу, а Перес – папайю, и напарники отправились внутрь, к разноцветным деревянным скамейкам в фуд-корте.

За соседним столиком ели буррито двое здоровяков в ковбойских шляпах, клетчатых рубашках и джинсах с крупными серебряными пряжками на ремнях. Они разговаривали по-испански и смеялись над общей шуткой. За другим столом сидели муж и заметно беременная жена, а рядом носились по коричневому кафелю их бесчисленные ребятишки.

Нина поняла: вот чего ей не хватало в приемных семьях! В ней не воспитали уважения к корням.

Конечно, она выучила испанский и по возможности играла с латиноамериканскими детьми. А когда выросла, даже переехала в латиноамериканский район округа Фэрфакс. И все же расти среди себе подобных – совсем другое. Пожалуй, всю жизнь она оставалась одиночкой.

Перес заметил направление ее взгляда, и на его щеках появились ямочки.

– Серьезно, переезжайте в Финикс. Вам пойдет.

– Нельзя же переехать на другой конец страны. Я тут никого не знаю.