Завещание с простыми условиями

 – Ей такое состояние завещано, а она дурку гонит, о статье какой-то переживает!

Я что, посетовала на статью вслух? Вроде нет…

И опять изменение стилистики речи адвоката моего отца повергло меня в легкий шок. Кто он такой? Почему его как будто два?..

– Ты слушай лучше и не перебивай, наследница, – внезапно перейдя на «ты», снова заговорил странный персонаж, – ЗАВЕЩАНИЕ ВСТУПИТ В СИЛУ РОВНО ЧЕРЕЗ ОДИННАДЦАТЬ ДНЕЙ ПРИ СОБЛЮДЕНИИНЕКОТОРЫХ УСЛОВИЙ. Напряги мозги, чтобы не переспрашивать.

Во мне проснулся протест против этого хамства.

– Не будете ли вы столь любезны выражаться более корректно? – попросила я.

И он тотчас же будто переродился.

– Разумеется, уважаемая фройлейн. Может, выпьем?

– С удовольствием, – против моей воли ответил кто-то за меня моим голосом. У меня возникло стойкое ощущение, что это сказала не я. По-моему, я даже не успела разжать губ. А когда я их разжала, возле них уже плескалась искрящаяся зеленая напасть. Не успела я глазом моргнуть, как она провалилась внутрь меня.

– Каковы же эти условия? – донесся до меня издалека мой собственный обеспокоенный голос.

– Основное условие состоит в следующем. С момента получения вами вашего экземпляра завещания вы должны переселиться в завещанную вам квартиру вашего отца. И жить в ней на протяжении всех одиннадцати дней, ночуя в ней каждую ночь, не пропуская ни одной ночи.

Он помолчал.

– И все?! – с радостным изумлением спросил мой голос. Ну естественно, я завтра же туда переберусь! Для того она мне и завещана, чтобы я в ней жила.

– А если я пропущу одну ночь? – с пьяным кокетством полюбопытствовала я.

– Тогда не видать вам наследства, как ушей своих, – ласково ответил адвокат в плаще.

Я покосилась на зеркало, висящее на стене, и отчетливо увидела в нем свои уши.

И снова хихикнула.

– А кто же сможет это проверить? – задала я резонный вопрос.

– Однако после стольких порций абсента вы не теряете способности к аналитическому мышлению, – похвалил Корсаков.

– К-какого… наследодателя? Он же умер… если он – наследодатель… – растерялась я.

Павел Иванович немного замешкался и потеребил пуговицу на плаще.

– В данном конкретном случае – меня, – произнес он не очень уверенно, – так как я представляю интересы непосредственно наследодателя, то есть вашего отца.

– Непосредственно… – повторила я и грохнулась со стула на пол.