Шифр

Под пристальным взглядом наставницы Нина произнесла:

– Если мне дают выбор: принять бой или отсидеться в сторонке, – я сражаюсь. Всегда.

Глава 7

Внимательно осмотрев рассечение над левым глазом, боец, известный под прозвищем О?дин[20 - О? дин – верховный бог в германо-скандинавской мифологии, отец и предводитель асов, мудрец и шаман, знаток рун и саг, царь-жрец, колдун-воин, бог войны и победы.], взял иглу и проколол ею край рваной раны. Боль нахлынула раскаленной волной – чтобы проверить его на прочность, затравить, одолеть.

Не поддавшись, Один протянул хирургическую нить сквозь распухшую плоть.

– Твою ж мать! – выругался позади Соррентино. – Ты и правда ничего не чувствуешь?

Вглядываясь в надтреснутое зеркало, Один проталкивал иглу сквозь противоположный край раны, наблюдая, как вздувается кожа под напором металлического кончика.

– Я все прекрасно чувствую. – Он потянул за нить, стягивая кромки рассеченной плоти. – Просто держу себя под контролем.

Сам решаю, реагировать или нет. – Он снова проткнул кожу стальным острием. – Я сам себя укрощаю.

– Кого-кого, а Налетчика ты знатно укротил! – хохотнул Соррентино.

Один позволил себе довольно ухмыльнуться. Эндрю «Налетчик» Беннетт осмелился вызвать его на бой. Теперь этот дурень познавал все прелести разрыва селезенки.

Так испокон веков был устроен кровавый спорт. Наблюдая за боем, толпа вымещала скрытую ярость, а гладиаторы боролись за славу. Правда, у Одина имелось тайное преимущество.

Он отличался от других – от всего человечества. Природа щедро одарила его нужными генами, да и по части упорства ему не было равных. Больше ни в ком так не сочетались физические данные и незаурядность ума. Брызги пота, вкус крови на языке, терпкий запах страха – все это кружило ему голову.

– Ты принес мне много денег, – Соррентино довольно улыбнулся. – Я всегда ставлю на тебя!

Один пропустил лесть мимо ушей. На эволюционной лестнице Соррентино находился где-то между тараканом и жабой, однако в деловой хватке ему не откажешь.

Старый пройдоха достаточно разбирался в боях, чтобы верно угадывать победителя.

Сделав последний стежок, Один начал завязывать нить.

Соррентино наблюдал за ним, насупив сросшиеся брови.

– Как ровно зашил! Где ты этому научился?

Один пристально посмотрел на него – и не отвел ледяной взгляд, пока Соррентино смущенно не отвернулся. Убедившись, что тема закрыта, продолжил возиться с узлом.