Никогда не кончится июнь

Я оторвалась от рассматривания полотна батика с надписью «Гармония», висящего на стене, вошла в светлую просторную кухню и увидела на круглом столе две чашечки чая.

– Устал как собака! – пожаловался племянник хозяина, усевшись на табурет. – Три дня в поезде трясся!.. И есть охота, сил нет!

В ту же секунду из чемодана были явлены несколько бутербродов с колбасой.

– Присоединяйся, – пригласил Степан.

Я не заставила себя ждать и тут же присоединилась, с удивлением оглядывая помещение.

Круглый стол, цветущая ярко-красная герань на подоконнике, рядом какие-то пузырьки с лекарствами…

И почему-то мне кажется, что я знаю надпись на одном из пузырьков…

В голове невесть откуда вдруг всплыло замысловатое название.

Эфедрин.

Из-за облака выплыло яркое солнце, и свет его ударил прямо в лицо Степе. Тот недовольно сощурился и, держа в руке надкусанный бутерброд, потянулся к занавеске, задернул ее и попутно взглянул на тот самый пузырек.

– Наверно, у дяди Бори с легкими плохо было, – печально сказал он и добавил: – Эфедрин – это ведь от легких?

– От легких… – голосом, отчего-то ставшим бесцветным, как тень, подтвердила я.

Степа одним глотком допил чай и, не дождавшись, пока я покончу с ленчем, встал с табурета и вышел из кухни.

– Иди сюда! – вновь раздался из комнаты его повелительный голос.

Мне это не понравилось. Чего это ради я буду гоняться за ним туда-сюда?.

Невзирая на призыв, я продолжила спокойно жевать бутерброд.

Не дождавшись моего прихода, Степа вернулся сам. Лицо у него было озабоченное.

– Ты чего? – спросила я, прихлебывая чай.

Степа подошел к окну и встал ко мне спиной.

– Это все так неожиданно… – произнес он, глядя вниз с двенадцатого этажа. – Ехал к дяде, и тут такое… И назад не вернешься уже – мать меня нарочно спровадила, чтоб гостей принять, подругу с семьей, из Германии… Мою комнату таким образом им освободила…

Степа повернулся от окна, и по выражению его лица я поняла, что он принимает какое-то решение.

– Даша… – наконец, начал он и искоса посмотрел на меня.

Я вопросительно уставилась на него.

– Понимаешь, такое дело… – и опять запнулся.

– Ну какое дело? – поторопила я.

– Он же тут лежал… дядя Боря… – сбивчиво продолжил племянник. – Ну, в гробу…

Я все еще никак не могла понять, чего он от меня хочет.