Никогда не кончится июнь

– Нет, – я положила свинцовую руку на спинку кресла. – Будем ночевать здесь. Вместе. Скоро этот кошмар закончится…

Степа посмотрел на меня с нескрываемой надеждой.

И, помолчав немного, застенчиво произнес:

– Я картошку пожарил с грибами. Пойдем?..

Я вспомнила неудавшийся завтрак и улыбнулась.

Может, хоть совместный обед состоится?..

– Пойдем.

Совместный обед состоялся, и, пожалуй, утром я была неправа в нелестных высказываниях о кулинарном таланте парня. Картошка с грибами явно удалась!

Шеф-повар категорически не разрешил мне мыть посуду.

– Я сам помою, а ты посиди, – заявил он.

Я согласилась, окидывая взглядом узкий подоконник.

– Интересно, а где у него губки с железками?.. – тихо, словно самому себе, задал вопрос парень.

– В столе, на средней полке, – быстро сказала я.

Степа повернулся и странно взглянул на меня. Потом медленно вытащил губку из глубины полки, на которую я указала.

Возникла напряженная тишина.

И мне почему-то тоже стало не по себе.

Чувствуя легкий приступ удушья, я перевела взгляд на окно и снова увидела стоящий в углу, за горшком с алоэ, эфедрин.

Сама не зная почему, я обратила на него долгий и пристальный взгляд.

И вдруг под побеленным потолком пролетела темная бабочка.

Она слегка покружилась вокруг маленькой люстры и вылетела в открытую форточку.

И в тот же миг где-то высоко прозвучал, отдаляясь, тихий-тихий голос.

Я успела поймать окончание улетающей на шумную улицу фразы.

«…Болею я, Дарьюшка. Сегодня ты пришла в последний раз…»

Я невольно вцепилась в стул.

Из памяти восстали эти слова, будто я совсем недавно их слышала – точь-в-точь в таком порядке…

– Ты что, бывала у него, что ли? – подозрительно спросил Степан и, не услышав ответа, повернулся, и я увидела, как расширяются его глаза.

– Ты что такая белая?! Может, лекарства какого-нибудь накапать?

И он кинулся к эфедрину.

– Это не подойдет?..

– Нет! – взвизгнула я не своим голосом.

– Тут еще валерьянка есть… – деловито сказал парень, перебирая пузырьки.

Я вскочила.

– Мне ничего не надо… – И голос резко сорвался, будто рухнул с обрыва.

– Ладно, ладно, – махнул рукой племянник, – как хочешь… Тогда на вот, водички попей.

«Бабочки… – подумала я. – Бабочки приносят голос Бориса Тимофеевича…»

И почувствовала, что схожу с ума.

– А ты что, действительно умеешь играть на гитаре? – неожиданно спросил Степа, держа у моего рта стакан с теплой водой.